— А я не затем просила меня принять, — запротестовала Кадзуэ.
— Ну да, конечно! А зачем? Трусами из-под юбки посветить хотела? — зло рассмеялась Жирафиха.
— Ты что?! Гадость какая! — вне себя от досады, воскликнула Кадзуэ, но Жирафиха ее уже не слышала. Покачивая длинной шеей, она побежала к подружкам.
— Ты тоже думаешь, что я из-за парней туда хотела? — обернувшись ко мне, спросила Кадзуэ.
Вовсе нет. «Другого ты хотела — чтобы иметь доказательство: мол, я тоже из вашего гнезда», — подумала я, но, ничего не сказав, поглядела, где там Мицуру.
В ритмической гимнастике она снова превзошла всех и теперь, смеясь, говорила о чем-то с учительницей физкультуры. Она передала Мицуру бубен, и та ударила в него, притопнув ногой в такт, но уловила мой взгляд и, рассмеявшись, остановилась.
— Слышишь? — Резкий, раздраженный голос Кадзуэ оторвал меня от этого зрелища. Она коснулась меня потной ладонью. Я отдернула руку. — Слышишь? Я не для того туда хотела. Парни тут ни при чем.
— Все понятно.
— Правда? Просто у меня было желание там заниматься.
Это же спорт.
— Ну да.
Этот разговор мне уже порядком надоел. Меня вообще с Кадзуэ надолго не хватало. Потому что всегда можно было легко догадаться, о чем она думает. Мне кажется, на свете трудно найти кого-то понятнее ее.
Однако в тот раз Кадзуэ отмочила такое, чего я и представить не могла. Дело было так.
Несколько дней спустя, возвращаясь после уроков домой, я услышала за спиной шаги. Это была Кадзуэ. Она сунула мне в руку маленький конверт. Распечатав его в электричке, я обнаружила два листка бумаги, украшенные виньетками из фиалок.
Они были исписаны детским почерком, красивым, но еще не устоявшимся."
"Извини, что я обращаюсь к тебе без церемоний. Перехожу сразу к делу.
Мы с тобой чужаки в этой школе. Ты приходила ко мне домой, видела моих родителей и, наверное, больше всех годишься мне в подруги. Отец сказал, чтобы я не водилась с тобой, потому что мы из совершенно разных семей, но если мы будем переписываться, он ничего не узнает. Давай иногда слать друг другу письма? Будем обмениваться тем, что у кого на душе, советоваться об учебе.
Как тебе такая идея?
Мне кажется, я ошибалась насчет тебя. Хотя ты здесь и чужая, я смотрю на тебя и удивляюсь: всегда такая спокойная, будто сто лет здесь учишься. И ты все время разговариваешь с Мицуру, так что к тебе так просто не подойдешь.
Я не пойму, о чем у нас в школе люди думают (особенно из внутреннего круга, каста), и никак не могу привыкнуть к здешним порядкам.
