Выплеснула злость на мать — и сразу полегчало. Когда меня приняли в ту же фирму, где работал отец, я очень гордилась, что могу содержать мать и сестру. Теперь же они для меня — обуза. С отцом случился удар, когда он был в ванной. Оказали бы ему вовремя помощь, может, и спасли бы. Почему мать этого не сделала? Она же была дома. Зачем так рано ушла спать? Это она виновата в смерти отца.
Когда он умер, на меня будто свалился тяжелый камень — надо было кормить семью. Я набрала учеников и целыми днями бегала из одного дома в другой.
А что же мать? Она не делала ничего. Только крутилась вокруг своих дурацких цветов. Старая бесполезная квочка! Я с пренебрежением посмотрела на нее.
— Смотри опоздаешь. — Мать произнесла эти слова, не глядя на меня, хотя лицо ее говорило другое: «Шла бы ты отсюда с глаз долой!»
Я накинула плащ, повесила на плечо сумку. Провожать меня мать не стала. Сколько ни работай, сколько ни приноси денег, все равно никто не оценит. Отца-то все время провожала. До самого порога. Сунув ноги в запыленные черные «шпильки», я вышла из дома.
Хотелось спать, я вся была вялая и разбитая, ноги слушались плохо и с трудом донесли меня до станции. Я поглядела на запястья в синяках. Вчерашний клиент крепко связал мне запястья — он оказался любителем садо-мазо. Иногда попадаются такие типы. С них я беру больше: «За странные привычки платить надо. Десять тысяч — и пожалуйста».
На работе меня совсем разморило. Я пошла в конференц-зал и прилегла на стол. Все же лучше, чем на полу. Кто-то сунулся в комнату, но, увидев меня на столе, тут же закрыл дверь.
Потом обязательно пойдут разговоры, но мне было наплевать.
Поспав часок, я вернулась на место. Увидев меня, Камэи быстро прикрыла рукой какие-то листки. Понятно! Междусобойчик собирается. Я на их мероприятия не хожу, они это знают и меня не зовут. Но мне захотелось поиздеваться над Камэи, и я спросила:
— Это что у тебя?
Ответ у нее был готов — она показала мне листок:
— Сато-сан, какие у вас планы? На следующей неделе у нас мероприятие…
— Когда?
— В пятницу.
Я кожей почувствовала, как застыл воздух в офисе. Все, затаив дыхание, ждали, что я отвечу. Я кинула взгляд на завлаба. Тот уткнулся в компьютер, делая вид, будто печатает.
— Боюсь, не смогу.
Воздух возобновил циркуляцию. Камэи с запинкой ответила:
— Ой как жалко!
Камэи любила пошиковать. Сегодня пришла в брючном костюме из блестящей ткани и белоснежной блузке, открывающей шею, на которой болталась золотая цепочка.
