Знаешь, что меня больше всего восхищает в тебе?
— Не хочу даже слышать об этом, — холодно сказала она. Потом, помолчав, спросила:
— Что именно? Хэнк положил руку ей на грудь.
— Больше всего мне нравятся твои глаза, в которых выражение ненависти так легко переходит в страсть, когда…
— Замолчи, черт тебя побери! — И заткнула уши, но все-таки услышала его слова:
— Надеюсь, что в следующий раз, когда мы займемся любовью, ты не будешь поднимать шум из-за пустяков.
Она ничего не ответила. Пошел он к черту! Еще день, и она окажется рядом с отцом.
После этого она вообще забудет о Хэнке Чавесе.
Глава 29
Уже шесть дней они были в пути. Хэнк совсем не торопился. Собирались по утрам они не спеша, лагерь разбивали рано вечером. Казалось, его вообще не волнует, что кто-то может их преследовать.
Когда они въехали в маленькую деревушку, уставшая Саманта приободрилась. Она не знала никого из здешних жителей, но здесь была церковь, а значит, можно было рассчитывать на добропорядочных граждан. Найти помощь стало ее навязчивой идеей.
Нужно только поговорить так, чтобы об этом не знал Хэнк.
Они остановились перед таверной, и Хэнк вошел туда. Остальные не сошли с лошадей. На улице было темно, лишь из окон некоторых домов струился свет, да к стене церкви был прикреплен факел.
Минут через двадцать Хэнк вернулся и снял Саманту с седла. Диего и Лоренсо последовали за ними в дом, а Иниго привязал лошадей под навесом."
"Внутри было почти так же темно, как на улице — у стойки горела лишь одна свеча.
Неопределенного возраста женщина склонилась над очагом, подбрасывая туда поленья. В большой комнате стояло несколько столов; за одним из них, уронив голову на грудь, спал седой человек, никак не прореагировавший на вошедших.
Мексиканка у очага повернулась к ним и улыбнулась. Она провела их к столу и сказала, что еда будет скоро готова. Диего и Лоренсо сели к столу, сняли шляпы и поставили рядом с собой винтовки. Хэнк взял свечу и увлек Саманту к лестнице, которая вела на второй этаж.
— Мы останемся здесь на ночь? — спросила она.
— Да. Тут только две комнаты, но сеньора Майя была настолько добра, что уступила и свою.
— Та женщина внизу?
— Да. Она вдова, работает здесь. Сеньора Майя будет первой, с кем поговорит Саманта. Только бы Хэнк не запер ее в комнате.
— Я смогу поесть или ты сразу запрешь меня? Хэнк улыбнулся ее агрессивному тону.
— Мне казалось, что ты захочешь принять ванну. Потом можешь спуститься вниз и поужинать.
