Грубиян на одну ночь

— Эм… — откашливается, заправляя за ухо волосы. — Вы не могли бы отъехать? Я тут, вроде как, зажата.

Просьбу сопровождает еще одна улыбка. Арсенал у нее впечатляющий.

Молчу, задумчиво потирая губы.

Зажата, это верно. Между фонарным столбом и моим “фордом”.

Снова делит мое лицо на четыре части, и кокетливо выгибает черные, густые брови.

Ну, че?

Доволен?

Насмотрелся?

Очередь из желающих подарить ей “лексус” оцениваю как бесконечную.

— Ну, о’кей, да? — снова откашливается она. — Я в машине подожду.

Неопределенно киваю, продолжая прикрывать ладонью рот.

Накрыв рукой ширинку, наблюдаю за ней в боковое зеркало.

Вали домой, Стрельцов.

Дама не про твою честь.

Блин…

А если нельзя, но очень хочется?

Хлопнув по нагрудному карману рубашки, проверяю свое удостоверение и выдергиваю из зажигания ключ.

Выхожу из машины.

— Капитан полиции Стрельцов, — объявляю на среднем уровне официальности.

— Что? — оборачивается брюнетка, берясь за ручку водительской двери “лексуса”.

Усиленно стараюсь не пялиться на ее лицо.

На тело тоже, но даже перекрестным рассеянным зрением понимаю, что фигура у нее атас. Рост — примерно метр семьдесят. Не худая отчаянно, но все формы, как нарисованные. Меня самого дохлым не назовешь, в самый раз, блин.

Скользнув глазами по моему торсу и ногам, смотрит на мои семилетние потертые кроссовки. Стрельнув глазами в мое лицо, отворачивается.

Ясно.

Приговор мне выписан, значит.

Я в двадцать три побывал в Штатах. К другу летал, служили вместе. Там затарился оригинальными кроссами на все случаи жизни, и менять их на что-то менее оригинальное, хоть и новое, не было желания.

Думаю, могу в них и до пенсии побегать, качество, блять, отличное.

Сама она обута в… пф-ф-ф-ф… какие-то сандалии со здоровенными красными цветами на лодыжках.

Райская птичка, ничего не скажешь.

— Капитан полиции Стрельцов, — повторяю, быстро сверкнув корочкой и убрав ее назад в карман.

— Очень приятно, — сдержанно улыбается.

— В городском поселении работает опергруппа по поимке распространителей наркотических средств, — вру, не вдаваясь в подробности.

— Кхм… пожалуйста, предъявите документы, удостоверяющие личность.

Полный беспредел, она, кажется, того же мнения.

Черные брови взмывают вверх, глаза расширяются. Приоткрыв свой фантастический ротик, молчит. Выражение потрясения ни фига ее лицо не портит, правда через секунду карие глаза сужаются.

— Вы пошутили? — спрашивает холодно.

“Снежная королева” ей тоже к лицу.