Там же поджидали своего часа тубы с чернильной краской для прокраски и порчи банкнот, картриджи с красящим дымом, звуковая сирена. Зеленый светодиод сигнализировал о том, что сейф закрыт правильно, а система защиты включена («Все еще включена», – пронеслось в голове Марка); красный – сигнал пониженного напряжения в электросети контейнера.
Он припомнил не сухие параграфы инструкции, а слова человека, который словно озвучил их на борту самолета. «Когда спецконтейнер снимается или сдвигается с накладки под замком „ELP“, автоматически включается временной интервал, в течение которого контейнер должен быть поставлен на другую такую же накладку, установленную в одном из заранее установленных мест.
В случае если временной интервал не соблюдается, – автоматически запускается процедура тревоги и порчи денег в спецконтейнере».
Из чего складывается временной интервал? Он вычисляется – с учетом конкретных местных условий и времени, необходимого для перемещения контейнера на другой или этот же защищенный замок.
Он определяется заказчиком, сообщается вместе с заказом и программируется производителем перед отгрузкой.
Марк не знал интервала. Не знал, к чему отнести вызов Романа («Ты узнаешь о нем всё. На земле. А может быть, в воздухе»). Он сказал это тоном человека, к руке которого был накрепко пристегнут «ядерный чемодан». Сергей не понял бы его и в том случае, если бы был министром финансов.
Кейс был до половины забит документами, которые Марковцева интересовали меньше всего. Ему не хотелось знать имена конкретных людей и названия организаций, у которых он украл деньги.
Несомненным было одно: эти бумаги имели немалую ценность. Иначе зачем прятать их в спецкейс и приковывать его цепью к курьеру?
И все же в бумаги ему заглянуть пришлось. Точнее, он ограничился плотным листком, на котором были отпечатаны, как оттиснены, несколько столбцов с цифрами. В том, что это ключи от цифровых замков, сомневаться не приходилось: цифры в левой колонке совпадали с номерами контейнеров, которые торчали у него перед глазами.
Не верилось, что все так просто.
Когда к нему сзади подошла Катя, он предостерег ее:
– Не стоит этого делать.
Если бы он увидел, что в этот момент творит Тувинец, он бы, наверное, прибил его. Под видом того, что он прослушивает милицейскую частоту, а заодно не спускает с Марковцева глаз, Тувинец снимал общую сцену на видеокамеру мобильника. Он мог сорвать куш, отправив видеозапись по известному адресу с припиской «мобильный репортер».
