– Только что-то я не помню первой брачной ночи, – томно прошептала Хуанита, напирая грудью четвертого размера на пятящегося «жениха». – Но я готова теперь…
– Хуанита!
– Он же муж мне! – притворно вскинулась девушка. – Он же должен знать про меня всё. Я ему расскажу. И покажу.
– Не обращай внимание – всё, что требуется, она исполнит. Так, Хуанита?
– Всё… исполню, – многозначительно подтвердила Хуанита. – Всё, что только сеньор захочет. Он же муж, я должна…
– В квартиру без предупреждения лучше не являться.
– Почему?
– Работа… Твоя жена там клиентов принимает. Не всем нравится, когда вдруг, без предупреждения, в дом вваливается кто-то посторонний, даже если это муж… Детишки не нужны? Есть пара очень симпатичных.
– Нет, спасибо.
– Тогда… С тебя – двадцать пять кусков. Как договаривались.
Отсчитать.
– Держи.
– Здесь больше на пятёрку.
– Знаю. С людьми меня надо свести по ту сторону «проволоки», надёжными, которые за любое дело возьмутся и лишнего спрашивать не будут. Из ваших.
Есть такие?
– Если поискать – найдутся.
Ну, еще бы, когда они по обе стороны «проволоки» шуруют, таская в Штаты толпы незаконных эмигрантов и там их без своего внимания не оставляют. Тут такие связи должны были образоваться! Которые можно и нужно будет использовать…
– Если по ту сторону ребята серьёзные, скину им еще столько же, за простое знакомство.
Кивнул. Глянул заинтересованно.
– Если ты и янки, то какой-то неправильный янки, потому что не жмёшься и не торгуешься. Те не такие…
А вот это ценное замечание, которое нужно будет учесть.
– Похоже, с тобой можно иметь дело.
– Можно. И… выгодно.
Протянул руку."
"– Можешь звать меня Мигель. Переброс завтра ночью. Большие чемоданы и сумки с собой лучше не брать.
Это понятно… Ну что, кажется всё связалось и здесь, и там. Только еще испанский чуть подучить, ну да это… Всё? До свидания, Мексика, папа, мама, дом, любимая жена с клиентами. И… здравствуй, великая страна Америка!
* * *Лаз был узкий, пахло землёй и плесенью и что-то всё время сыпалось на голову.
Света нет, только далеко мелькают фонари. И люди, много людей – впереди спина и сзади кто-то топает и дышит в затылок, иногда налетая животом и коленками.
– Здесь пригнитесь.
Потолок «сел» на голову, зашкрябал по волосам. Стало мокро, капли упали за воротник, поползли по спине.
– Тихо, не топать! Граница!
Все встали – впереди и сзади неясные, как тени, фигуры. Сколько их тут? Десятка три, пожалуй.
