И на потолке, там, где не достала рука вандалов, сохранилась лепнина, и даже старинная роспись выглядывала из-под облупившегося слоя побелки советских времен. И почему потом это искусство было напрочь утрачено и теперь возрождается с величайшим трудом?
Первым делом подруги позвонили в дверь, где Леся видела бабку в платке.
— Сейчас! Сейчас! — раздался из квартиры женский голос. — Уже иду!
Мгновение, и дверь открылась. На пороге стояла миловидная девушка. Личико у нее было простоватое. А глазками она хлопала слишком уж наивно, но в целом впечатление складывалось приятное.
— Ой? — изумилась она при виде подруг. — А где Толик?
— Мы одни, — заверила ее Кира.
— А я Толика ждала.
— Мы поняли, но вместо него пришли мы.
— Да? Ну, хорошо! Правда, я мечтала, что мной займется именно Толик, но…
Подруги уже начали подумывать, а не треснуть ли им эту мечтательницу немножко по голове, чтобы она перестала повторять про своего Толика, но девушка внезапно добавила:
— Но если уж так получилось, то проходите в квартиру.
Девушки не заставили себя ждать. И прошли.
— Ну что же вы встали у порога? Идите осматривайте! Обувь можете не снимать!
Подругам подобное и в голову бы не пришло. Пол в квартире был не просто грязный, а ужасающе, феноменально, неподражаемо грязный. Ходить по нему босиком вряд ли бы отважился даже индийский факир, которому вообще все по барабану — битое стекло, угли или острые ножи.
Но в этой квартире было все вместе. Осколки битых бутылок скалились то тут, то там. Стены нуждались в ремонте, а потолок в побелке.
Да и трещины не мешало бы заделать, а пол помыть. По углам огромного коридора пряталась различная рухлядь, рассыпающиеся стопки старых пожелтевших газет, и все было обильно припорошено пылью.
У девушек моментально запершило в горле, и они расчихались.
— Вы бы хоть тут небольшую уборку сделали! — воскликнула Кира.
— А зачем? — равнодушно пожала плечами девушка. — Все равно новые хозяева перепланировку затеют. Все так делают. Видите, кухня у нас совсем маленькая — неудобно.
Кухня и в самом деле была крохотной. Видимо, раньше, при царе, хозяева квартиры не обременяли себя заботами о том, чтобы кухарке было комфортно в ее владениях. Да и кухня не была средоточием жизни. Обедали в столовой, гостей принимали в гостиной, а читали в библиотеке. Все, как полагается.
Это уж потомство советского пролетариата впитало в себя с молоком матери, что светская жизнь в доме проходит на кухне. Потому в новых домах не найдешь маленькой тесной кухни.
