Гувернантка для чешуйчатой прелести. Переполох в драконьем поместье

Она знала, что произошло в саду между мной и ее сыном. Я не могла предположить откуда, ведь нас там совершенно точно было только двое, но она точно знала. Оттого и смотрела так довольно, всем своим видом демонстрируя фразу: “Я была права!”

Она даже на радостях ушла раньше времени. Что-то напевала себе под нос, слегка пританцовывая, пока прощалась с внучкой на сон грядущий. Звучный поцелуй в щеку достался и ей.

– Марги, генерал Волдерт заходил сюда в то время, пока я отсутствовала? – спросила я тихо, стоило Вулии покинуть нас вслед за своей госпожой.

– Нет, леди Харфурд. Он вообще сегодня не заходил, – произнесла служанка с явным сомнением в голосе. – Но вы ведь…

– Да, мы виделись сегодня, – подтвердила я. – Я просто…

Но Марги неожиданно прервала мою речь. Говорила быстро, словно боялась передумать:

– Если вам интересно, незадолго до вашего возвращения в поместье вернулась вымокшая до исподнего Вулия. Она о чем-то шепталась с леди Волдерт, после чего та долго улыбалась. Вы из-за этого переживаете?

Я невольно на миг прикрыла веки.

– Я ни о чем не переживаю. Тебе показалось, Марги, – улыбнулась я почти естественно.

И тут же вздрогнула всем телом, едва послышался уверенный стук в дверь.

Мы со служанкой переглянулись. Посадив малышку на ковер, я отправилась узнавать, в чем дело. Без леди Волдерт эта обязанность ложилась на меня.

У меня не имелось в запасе ни секунды на то, чтобы подготовиться.

И не увидела ничего, кроме пышного букета цветов. Причем цветов полевых, не оранжерейных.

Весь увесистый объемный букет спланировал в мои руки. Растерявшись от неожиданного подарка, я едва не уронила его. А уж когда увидела того, кто мне его вручал…

– Спасибо вам, Ваше Сиятельство, – произнес командир бравых дракошиков.

Двое золоточешуйчатых сейчас возились с нами на ковре. А вот еще двое отсутствовали, заполучив заслуженный отдых длиною в половину суток.

Я, конечно, обрадовалась тому, что мое мнение приняли в расчет. Это, несомненно, льстило.

Но ровно до тех пор, пока я не открыла эту чертову дверь.

Потому что в глазах Розги Фаллена плескался совершенно иной интерес, нежели благодарность за то, что я вступилась за них. Я безошибочно определяла первую влюбленность.