Гувернантка для чешуйчатой прелести. Переполох в драконьем поместье

Куда ни плюнь, а изначально каждая дама становилась чьей-то игрушкой и уже потом крепко вставала на ноги. Иных примеров я просто не знала.

И наши преподаватели, по-видимому, тоже. На отдельных занятиях по соблазнению нас в первую очередь учили не хлопать ресницами, а быть умными, думать головой. Ни одного лишнего поцелуя, ни одного взмаха ресниц авансом, ни одной улыбки в долг. Только голый расчет, цель и ее выполнение.

На одном из таких занятий однажды даже присутствовал сам Его Величество. Вооружившись спелыми персиками, помидорами и другими диковинными фруктами и овощами, имеющими сочное нутро, мы обучались структуре правильного поцелуя.

Попеременно то краснея, то глупо хихикая, девушки демонстрировали преподавателю и королю новый полученный навык. Но когда очередь дошла до меня, я не смогла себя заставить. Смотрела на фрукт, слышала приказы преподавателя и не могла.

Это было выше моей гордости.

– Не стоит ругаться, – мягко, но неоспоримо осадил преподавателя Его Величество. – Возможно, леди Харфурд просто требуется наглядная демонстрация. Так бывает. Вы позволите?

Последний вопрос был задан исключительно для проформы. Даже не собираясь дожидаться ответа, король обвил мои пальцы с фруктом своей ладонью и, глядя мне прямо в глаза, с упоением, явно получая удовольствие от процесса, показал, как нужно целоваться. А после коснулся влажными губами тыльной стороны моей ладони, приподнимая ее.

– Учитесь прилежно, моя дорогая, – проворковал он, пожирая меня взглядом.

Следующие полчаса после окончания занятия я провела в уборной. Не пошла на последнюю лекцию, а пыталась отмыться у раковины, растирая кожу до красноты. Но даже тогда чувствовала это прикосновение, от которого испытывала лишь омерзение.

Проснувшись, Сабира не спешила покидать кроватку, как это было утром. О том, что она уже бодрствует, мы узнали по звукам, исходящим из спальни.

По крайней мере, когда я вошла к ней, она встретила меня счастливой улыбкой беззаботного ребенка.

Дети – вот те, кто заставляют нас улыбаться, продлевают нам жизнь своей энергией и легкостью. Дети не умеют любить за что-то. Они любят вопреки, без причины, от всего сердца. Они любят бескорыстно – просто потому, что мы есть.

Корысть в них мы взращиваем сами.