Фляжку в карман кителя опустил, а «сидор» на сучок дерева повесил, может, пригодится кому-нибудь.
Еда и самогон прибавили сил. Шагал быстро, но осторожно, ориентируясь по звёздам и луне. До утра не меньше тридцати километров одолел. На днёвку устроился в лесу, в ямке. Похоже, раньше тут какой-то зверь обитал – волк или лисица. От усталости, всё же вторую ночь подряд не спал, да ещё и физическая и нервная нагрузка, уснул сразу. Проснувшись, прислушался. Лесные птицы молчат, стало быть, поблизости людей нет. Солнце уже к закату клонится.
Неплохо он поспал, часов восемь. Сил прибавилось, и голова свежая. Если бы ещё кусок хлеба с колбасой или салом, можно ещё идти и идти. На фронте, в армии, кормили не очень сытно, а временами – в отступлении, в наступлении, – бывало, и вовсе несколько дней сухой паёк, а то и его не было. Потому подкожных жировых запасов нет и есть хотелось сильно. Заходить за едой в деревни не хотелось. Форма на нём немецкая, скорее вилы в бок получишь, чем кусок хлеба, получается, чужой среди своих и чужой среди чужих.
"
"По солнцу определился с направлением, шёл по лесу, пока он не кончился. Белым днём идти по открытой местности опасался, залёг. Как стемнело, продолжил путь. Шёл строго на восток – там сосредоточенность немецких войск меньше, просочиться через порядки подразделений легче. За ночь приблизился к линии фронта ещё на три десятка километров, на день лёжку устроил в овраге.
Насыщенность на северном фасе Курского «балкона» немецких войск была велика, но зато в районе Мценска значительно меньше.
Здесь немцами планировалось только удержать оборону – пехотой, минными полями, инженерными заграждениями.
До Мценска, находившегося практически на линии фронта, но на немецкой стороне, добрался за двое суток. Как стемнело, стал пешком или ползком пробираться к передовой. Вторую линию траншей миновал, долго ждал удобного момента, чтобы последнюю преграду – первую траншею, наиболее опасную – одолеть. Выбрал место между дежурным пулемётчиком и ракетчиком, выждал, пока часовой по траншее пройдёт, перепрыгнул, за бруствером залёг.
Понемногу прополз на полсотни метров. Обратил внимание, что ракетчик ракету перестал пускать. Сигнал плохой: готовят немцы какую-то пакость. И точно. Сзади и правее послышался разговор, потом на бруствере появились четыре тени, пошли на нейтралку. Немецкая разведка! И смело шагают цепочкой, стало быть, есть проход в минном поле. Илья немного выждал, потом правее переполз – и за немцами.
