Прикатили на позицию, двоих отправили обратно за передком, остальные рыли капонир, потом маскировали. Илья чувствовал себя не в своей тарелке. Безлошадный он вроде как и не нужен. Артиллерийскими специальностями, тем же наводчиком, не владеет, да ещё и запись – годен к нестроевой. Свободных машин в автороте нет, а безлошадные шофера есть. Подошёл к комбату, попросился оставить на батарее.
– И кем же я тебя оставлю, Сафронов? – комбат недоумевал.
В расчёты пушек нужны люди с подготовкой, хоть и небольшой.
– У тебя сколько классов образования?
Ага, сказать бы – высшее военное, так за глупую шутку примут.
– Девять.
– Ага, грамотный. Карту читать умеешь? – Комбат развернул карту, ткнул пальцем. – Это что?
– Мост через реку.
– А это?
– Одиночно стоящее дерево.
– Верно. А это?
– Кладбище, рядом холм, по-военному высота 202.
– Хм. А зрение хорошее?
– Не жалуюсь.
– Возьму-ка я тебя артиллерийским разведчиком.
Илья удивился. Артиллерийский разведчик из передовой траншеи путём наблюдения через оптические приборы высматривает цели – пулемётные гнёзда, ДОТы, миномётные батареи.
В случае ведения огня своей батареей корректирует огонь по рации или проводному полевому телефону. Вроде всё правильно, но для артиллерии полевой, способной стрелять с закрытых позиций, где без корректировки никак нельзя. Противотанкисты же всегда стреляют по видимой в прицел цели – танкам или САУ, и корректировщик им нужен, как телеге пятое колесо.
Но раз комбат предлагает, почему не попробовать? В армии согласия не спрашивают, командир отдаёт приказы, а дело подчинённых – исполнять.
Однако комбат ликбез провёл. Как определять дистанцию до цели, измерять перелёты или недолёты. На всё обучение – полчаса. Потом сказал:
– Пошли на передовую, посмотрим, насколько ты наблюдательный.
Комбат вручил ему бинокль. А до передовой траншеи – полсотни метров. Спустились в траншею, обустроились в пустой стрелковой ячейке.
– Смотри и докладывай.
Илья к биноклю приник:
– Прямо перед нами двести – пулемётное гнездо, – начал он.
– Поясни.
– Ветками замаскировали, да поленились обновить – листья засохли, выделяются. Стрелковую ячейку ветками не маскируют. Стало быть, пулемёт стоит.
– Хм, глазастый.
– Левее семьдесят – наблюдательный пункт, стереотруба стоит.
– Не может быть, ну-ка дай бинокль.
Комбат приложил оптику к глазам. Бинокль хороший, трофейный, «Цейс» 8х30.
– У меня на карте его нет, – через пару минут наблюдения сказал комбат. – Надо нанести.
– Накрыть бы НП из миномётов.
