Пожар и взрывы на нефтебазе зафиксировал на фото наш самолёт-разведчик. То, что выполнили задание удачно и без потерь, – заслуга всей группы, но всё равно Архангельского сочли везунчиком: пятый рейд по вражеским тылам – и ни одного убитого в группе. На фронте так редко бывает.
По прибытии отоспались, поели, в банно-прачечный батальон пошли. Самим помыться, обмундирование прожарить и получить чистое. На фронте из-за плохой гигиены и скученности водились вши, иной раз поражая целые подразделения.
Отдохнуть удалось целую неделю, по фронтовым меркам – вечность.
А потом новое задание. Группа почти прежнего состава. Почти, потому что сапёра Фуникова заменил радист. И задание было иным: обнаружить аэродром противника, с которого осуществлялись ночные полёты бомбардировщиков, передать координаты в разведотдел и, когда будет осуществлён налёт наших самолётов, навести их ракетами. Потому груза было много. Радист нёс рацию, Илья – блок питания, ракетницу и патроны к ней, а ещё харчи.
Нагружены были все, как ишаки в горах. Навскидку килограммов по тридцать пять."
"Как говорил один знакомый Илье лётчик: а теперь со всем этим попытаемся взлететь. Идти с таким грузом ещё куда ни шло, а вот ползти через позиции противника – сложно. Ни прыгнуть, ни рвануть бегом. Ситуация осложнялась тем, что точное положение объекта неизвестно. Район поиска определён приблизительно: от села Покровское, если принять его за воображаемый центр, и десять километров радиусом вокруг.
Разведчикам с переходом подфартило. Полковая разведка донесла, что на участке фронта заняла позиции эсэсовская часть, сменив батальон вермахта. Буквально на второй-третий день эсэсовцы отметились, совершив «хапок». Это когда немцы открывают интенсивный миномётный или артиллерийский огонь по небольшому участку нашей передовой. Конечно, наши бойцы прячутся в укрытиях. Эсэсманы подбираются к передовой траншее, не встречая сопротивления. Миномёты или пушки по сигналу прекращают огонь, немцы врываются в нашу траншею, захватывают несколько человек и делают ноги.
Почти сразу миномёты врага снова открывают огонь, прикрывая отход. Эсэсманы допросили наших бойцов. Минула ночь, а утром красноармейцы увидели вкопанные на нейтралке столбы, к которым были привязаны истерзанные тела захваченных бойцов. Наши решили наказать эсэсманов, подготовили огневой налёт из БМ-13, или «катюш». Немцы за характерный звук называли их «сталинские органы».
