В любом из миров встречают по одежке. Если приду в своих старых платьях, нарвусь на откровенное пренебрежение или смешки за спиной. И оплатить подходящий гардероб самостоятельно я тоже не смогу, сколько бы не пыжилась.
Можно гордо задрать нос, расфыркаться и заставить себя уговаривать. Можно возмутиться, что к портнихе меня притащили в халате и с мокрой головой…
А можно сэкономить время и нервы мужчине, который безумно нравится, и сказать спасибо.
— Вы правы, мой фьер, соответствующий гардероб необходим, однако…
— Ты прав, Райнер, — перебив, поправил меня князь.
— Ты прав, Райнер, — я послушно повторила, зачарованно глядя в его светящиеся глаза. В них словно разгоралось серебристое пламя."
"— И что там за «однако»? — напомнил он.
Усилием воли я опустила взгляд.
— Однако, я хотела бы сначала сообщить своей семье о том, что я в порядке, затем только заниматься нарядами.
— Твоих родных я предупредил сразу после нападения некроманта.
С моей души свалился камень вины и тревоги.
— О, спасибо большое!
— Эрика, — князь взял меня за руку, — У нас все странно, сумбурно, не так, как полагается.
Мое сердце застучало быстрее, ноги ослабели. Сейчас он произнесет нечто важное! Что-то, что разделит наши жизни на до и после.
— Зато нескучно, — я попыталась пошутить, чтобы снизить накал момента.
Князь поднял мою руку повыше и поцеловал в запястье.
— Это точно, скучать с тобой некогда. Эрика, ты ведь помнишь, что произошло после нападения некроманта?
Я кивнула.
— Единение сути — это серьезно. Я больше не собирался предлагать должность распорядительницы.
Я хочу видеть тебя своей женой.
Предвкушение сменила грусть.
— Понимаю, вы хотите в жены ту, с которой разделили суть.
Я не спрашивала, утверждала.
Райнер сверкнул глазами и с чувством воскликнул:
— Ничего ты не понимаешь, Эрика! Да я просто тебя хочу! В жены, в любовницы, в подруги, в матери моих детей… Хочу тебя во всех статусах!
И, обхватив мое лицо ладонями, он жадно поцеловал.
Ох, да в этом айсберге вулкан взорвался!..
Последняя внятная мысль в голове, а дальше только ощущения, выбивающие твердь под ногами.
Поцелуй властный, поглощающий, выпивающий малейшие сомнения, кружащий голову… Я с головой утонула в его упоительной нежности и крышесносной страсти. Райнер целовал неистово, от души показывай, как я ему нужна.
Его губы переместились на шею, и я не сумела сдержаться — застонала от удовольствия.
Это резко остудило пыл мужчины.
— Прости, — он коротко поцеловал меня в скулу, — не сдержался.
