Если она отойдет назад, за высоты, то перед ней откроется довольно широкое и ровное пространство. Противник сможет развернуть там все свои силы, а сопки использовать для позиций станковых пулеметов. Я бы на вашем месте, капитан, подумал, как прикрыть это направление. Оговорюсь, это лишь мое субъективное мнение.
Новиков посмотрел на карту и с досадой сплюнул на песок.
«Да как же я сам не определил это потенциально опасное направление, которое японцы, без сомнения, используют?» — подумал командир тактической группы и сказал:
— Я понял вас, Николай Николаевич.
Спасибо за подсказку.
— Еще вопросы ко мне будут?
— Пока нет, но если что…
— Обращайтесь, капитан. Как говорится, чем смогу, помогу.
— Да, конечно.
— Вы мне пару папирос не оставите?
— Берите. — Новиков протянул своему собеседнику почти полную пачку.
— Ну что вы, незачем столько. Всего пару папирос. Когда еще мне выпадет такая возможность?..
— Берите-берите, у меня есть.
— Ну да, вам как офицеру положено.
— Какой идиот принял решение снять вас с должности и разжаловать?
— Не будем об этом.
Спасибо за папиросы. Удачи вам.
— Всем нам.
Новиков вернулся на КНП, где уже находились старший политрук и старшина Вереско.
Семенов доложил:"
"— При атаке района с севера японцы применили усиленную роту, из-за недостаточной ширины открытого пространства они действовали скученно. Противотанковому взводу лейтенанта Таирова удалось уничтожить два танка «Чи-Ха», но он потерял одно орудие. Расчет погиб. Огнем монгольских бойцов уничтожено до взвода пехоты.
Получив отпор, японцы прикрылись дымом от горящих танков и прекратили наступление. Случайным выстрелом был подбит наш Т-26, второй из четырех.
— Я в курсе. Каковы потери монгольской роты?
— Незначительные, четверо легкораненых.
— Удивительно, но радует. А вот Т-26!.. Непонятно, как японцам удалось подорвать его. И «сорокапятку» мы потеряли. Это плохо.
— Ну не могли же мы совсем без потерь обойтись?
— Не могли. Данные о потерях из подразделений, обороняющих главное направление, поступили?
— Так точно! — Старший политрук кивнул старшине роты, и Вереско доложил:
— В первом взводе убитых четверо, второй потерял трех, четверых ранеными, в третьем столько же, четвертый — по двое убитых и раненых.
Ранения в основном легкие, один или два тяжелых.
Капитан посчитал и сказал:
— Это получается, что наши потери убитыми составляют тринадцать человек.
Старший политрук поправил его:
— Это без учета экипажей Т-26, броневиков и орудийного расчета.
