Халид его пленница

– Не сильнее меня, - у него сбитое дыхание, рваные фразы. Острые толчки, от которых меня выворачивает наизнанку. – Повтори. Что любишь.

– Люблю. Сильно. Мой. Никому не отдам.

– Моя, колючка, моя.

Ощущение, что в этот миг мы сливаемся. Одно дыхание на двоих, сердцебиение. Поглощающее желание, которое похоть проникает под кожу. Жется, убивает.

Я рассыпаюсь пеплом, едва не падая вниз. Халид держит крепко, пока я дрожу в его руках. Чувствую, как он кончает внутри, как сперма стекает по моим бёдрам.

Меня лихорадит, сильнее сжимаюсь, желая прочувствовать каждый миг.

– Тише, Ирада, тише. Я здесь, - он держит меня крепко, целует щеки, по которым катятся слёзы. – Всё хорошо. Всё закончилось.

– Нет, - всхлипываю, чувствуя себя потерянной и слабой. Не боюсь показать это Халиду. – Я не смогу так. Я… Я не смогу ждать с тебя войны каждый день. Прости меня, прости. Но я не… Я хочу быть твоей женой, Хал. Но не смогу быть женой Цербера.

Халид отстраняется, пока я боюсь собственных слов. Слишком резко, грубо… Но это было правдой. Я просто не выдержу ещё раз подобное, снова и снова.

Я всю жизнь училась бороться с преступностью. Поступила в академию, пробивалась на лучшие позиции ФСБ. Я просто не смогу перешагнуть грань и всегда за ней находиться.

Засыпать с Халидом, думая, что он мог убить чьих-то родителей сегодня."

"– Ты не понимаешь, что говоришь.

– Да, - киваю, поток воды застилает лицо. – Не понимаю.

Вру, иду на попятную, мозги уже кипят. Потому что нельзя так в лицо говорить, нельзя признаваться. Если мне нужен будет побег – Халид должен верить до последнего, что меня всё устраивает.

И…

– Не знаю, - сдаюсь, потому что не могу врать. Прячу лицо от потока воды, прижимаюсь к Халиду. Его грудь часто вздымается, заполняет лёгкие мужским запахом. – Я не знаю, Хал. Прости. Я просто…

– Перенервничала.

– И это тоже. Я… Давай потом, хорошо?

Я пониаю, что дико устала.

Хочется рухнуть вниз, падать и падать, пока не отдохну. Но вместо этого я тянусь за шампунем. Лучше смыть всю грязь с себя, налипшую обиду и злость, страхи и сожаления.

А потом говорить откровенно.

– Давай сюда, - мужчина забирает у меня бутылочку, выдавливает шампунь на свои ладони. – Я займусь твоими кудряшками.