Халид его пленница

Просто поставит перед фактом, что вся моя свобода заканчивается.

Злюсь на саму себя, что так просто жертвую своей свободой. Впервые мужчина меня слушает. Даже если ради своей выгоды, но даёт мне то, о чём я так просила.

А я сама рискую.

– Опять бежишь? Вечно в бегах, - тетя Катя ловит возле выхода. – Не уходила бы, пока Янусик спит. Он же расстроится… Поговори со своим, он же человек! У него же тоже мать есть, он поймёт.

– Поговорю.

Обещаю, хотя не уверена, что когда-то вообще смогу произнести это вслух. У Халида, может, и есть мать.

– Ещё одна подстава, - Кемаль встречает возле подъезда, выбрасывая недокуренную сигарету. – И я прикрывать не буду.

– Почему сейчас это сделал?

– Считай минутной слабостью к обездоленным.

– Мудак.

– Ага, а ты…

Кемаль не договаривает, тормозит на полуслове. И мне тоже говорить больше не хочется. Потому что черный Кадиллак вызывает у меня лишь приступ паники. Таких машин миллион, в столице - тысячи, наверное.

Но я точно знаю, кто выйдет из салона.

– Кажется, Ада, - мужчина сглатывает, автоматом проверяя оружие за поясом. – Кто-то настучал Халиду.

Глава 22. Ада

Мне хочется подлететь к мужчине и спросить, какого хрена он здесь делает. У него же столько дел, а он всё время меня преследует. И даже в тот момент, когда я под наблюдением его охраны.

Что я снова не так сделала? Опоздала всего на пару минут? Не ответила на звонок? В глазах Халида я предательница, которая вечно нарушает обещания. И я действительно такая.

Я должна собраться. Сжимаю кулаки, проглатываю ком в горле. Делаю несколько уверенных шагов навстречу моему палачу. Лишь надеюсь, что никто не заметит дрожь.

– Почему ещё не в машине? – сухо и резко, сбивая с настроя. – Кажется, Кемаль, ты говорил, что уже выезжаете.

– Я пыталась уговорить его одолжить сигарету, - жму плечами, будто ничего не случилось. – Твой охранник не согласился. Мне теперь и курить запрещено?

– Запрещено. Не терплю от девушек вонь сигарет.

– Забавно.

Последнее я добавляю шепотом, чтобы не казалось как вызов перед людьми Халида. Подколка, которая должна звучать только между нами. Учитывая ухмылку мужчины, а не его срыв, это становится очевидным.

Халид ничего не отвечает, не грубит и не ставит на место. Протягивает ладонь, а мне остаётся лишь сжать её. Горячую, крепкую. Невинное касание пробирает меня до костей.

– Ты поэтому приехал? – спрашиваю, когда почти доходим до машины.