Или к Луке, к Церберу – не важно, кто конечной целью был. Факт один, она пришла ко мне с прослушкой дважды. Кто бы её не нанял, девчонка была ему не нужна. Она всё ещё жива только из-за того, что интересует.
– Луке закрыт доступ или…
– И почему это моей правой руке закрыт доступ куда либо?
– Ну так его девка…
– Я, блять, уже говорил. Девки перед тобой ноги раздвигают, а она – xanım. Зафар, я свои указания не повторяю.
– Ну она же…
– Ну так то, ну так это. Голову включай и прекращай базарить лишнее.
– Понял.
Зафар метит на место Луки, этого не скрывает даже.
Да никто в тихую не играл, все хотели выше пробраться. Ближе к кормушке, к Церберу. Взять всё, что можно. Но Зафару не хватает смекалки и понятия, когда нужно влезать, а когда молча выполнять указания, без самодеятельности.
В этом Лука был хорош, не отнять. Затыкался сразу, дельные советы давал, когда нужны. Поэтому и дальше работать будет. Дело с Адой замнётся, и к прежнему укладу всё вернём. Из-за девки никто срываться не будет, даже такой хорошенькой, как Ада.
– Пробей мне всё по Аде.
– Аде?
– Адель.
Нихрена не её имя. Даже пусть родители нарекли бы нежным «Леся» или каким-то «Одарка», оно бы трансформировалось. Приобрело бы острые углы, как сама девушка. Но Адель и дальше мягко звучало, слабо. Псевдоним какой-то, чтобы пафоса нагнать, лоска ненужного.
– Чем жила, дышала, где её Лука нашел. И его тоже подключи, пускай покопается в прошлом свое невесты.
– Насколько срочно? Понял. Будет.
Ну хоть сейчас Зафар включается. Давно бы сослал, но его отец друг моего отца.
Чертовы родственные связи даже в моем деле проскакивали. Уступки в любой семье нужно делать, уважить старших. Поэтому и принял на работу, пост дал. Не сразу Зафар начальником стал, но сам себе дорогу пробивал. Понимал, что поблажек никому не даю.
А вместо второго шанса пуля в лоб и прямой рейс домой в гробу.
В доме тишина сплошная. После того, как Луке досталось, никто на глаза не показывается. Истинной причины не знают, но шороху навели. Вся охрана во дворе шастает, не отсвечивая.
И даже Ада молчит. Не ломится в дверь кладовой, не требует выпустить. Ни намека на истерику и срыв. Не знал бы, что там окон нет, уверен был бы, что уже сиганула подальше. Только её сразу назад вернут. Своего я не отпускаю, пока сам не решил. А Ада уже получила клеймо «моя», хочет она того или нет.
Выжидаю лишний час, но никаких звуков. Терпеливо ждёт моего прихода? Хорошо, значит хоть терпение в ней есть. С этим уже можно работать.
