И если для неё то похищение было способом разобраться в своих чувствах, то у меня тоже получается это. Я ненавижу Халида за то, что он пытается со мной сделать. И за то, как заставляет тело реагировать на него.
Но ничего более.
– Дашь воды?
Спрашиваю, потому что слабая. Протягиваю ладонь, готовая к шантажу и новым условиям. Но мужчина удивляет. Вскидывает густые брови, молча протягивая бутылку.
Там всего несколько глотков, которые кажутся мне самыми лучшими в жизни. В детдоме я так быстро не сдавалась. Проходило гордо мимо протянутой кружки, когда меня выпускали из подвала.
Знала, что Ян уже спрятал в нашем месте бутылку, и я смогу утолить жажду. И голод, если ему удавалось украсть для меня что-то в столовой."
"Но теперь Яна нет. И я не уверена, что смогу когда-либо снова ему довериться. Даже если он не выдал меня ни Халиду, ни Церберу. Он молчал и скрывал, зная мою историю.
– Иди в кровать, Ада. Уже поздно.
День и ночь для меня смешались в одно. Как происходит всегда, когда сбит график и спишь постоянно.
Мне не проскользнуть мимо мужчины и не победить его в схватке. Поэтому выполняю его приказ и надеюсь, что смогу заснуть до того, как Халид начнёт приставать.
– У тебя одежда в крови, - произношу, когда мужчина приближается.
– Не в чужой же помаде, колючка.
– Прекрати так меня называть.
– Лучше Адой? Или настоящим именем? – Халид легко сбрасывает рубашку. Грациозно даже, учитывая его размеры. – Какое оно, напомнишь?
– Память подводит?
Сложно удержать стервозное выражение лица, когда желудок сводит.
И чудесное бурчание заполняет комнату вместо моих колкостей. А после слышится тихий смех мужчины.
– Так ты такая колючая, потому что голодная?
– Прости, что не встречаю тебя радушной улыбкой после двух дней голода. Обещаю, в следующий раз после твоих пыток, сразу брошусь тебе на шею.
И удушу.
Лицо мужчины мрачнеет, превращаясь в каменное. Только глаза остаются живыми, метая молнии. Другая бы испугалась этих дьявольских огней, я же лишь подбираюсь.
Что, милый, неприятно, когда без страха указывают на твою жестокость?
Глава 39.
Ада
– Повтори ещё раз, - мужчина надвигается. – Сейчас же, Ада.
– Думаешь, что струшу? Так да, мне не сложно сказать, что ты меня не пугаешь. И твои пытки – это просто детский лепет. Не берёт. Слабо для тебя, Халид.
– Ты права, Ада. Для меня это слабо. Зафар!
Мужчина не кричит, но говорит громко и грозно. Дёргаюсь против воли, обхватывая себя руками. Стараюсь держать маску, уверенность.
