Я пригласил всех своих друзей и партнеров по бизнесу, чтобы разделить эту радостную весть со всеми, будь готова.
Молча я смотрела на него, уже сейчас начиная мысленно обдумывать план побега, как только освоюсь в этом месте и пойму где я, когда «дядя» поднялся с кресла, растягивая губы в улыбке и подмигивая, остановившись уже у двери, чтобы сладко и радостно добавить:
— Ах, да! Забыл сказать — твоя дорогая бабушка пока погостит у меня тоже. Нельзя оставлять пожилую милую женщину без присмотра в жутком городе, а без нее наша семейная идиллия была бы неполной, правда, крошка?…Не волнуйся! Моя дорогая родственница в самых идеальных для себя условиях — любимые блюда, родной ее душе сериал и круглосуточная сиделка к услугам нашей любимой бабушки.
Видя, как кровь отхлынула от моего лица и я пошатнулась даже сидя, мужчина тихо рассмеялся, осознавая в тот момент, что он только что выиграл, буквально распяв меня на этом самом месте, когда я с ужасом понимала, что теперь в полной его власти и не посмею перечить…
-.
.могу я узнать хотя бы ваше имя…дядя? — тихо проговорила я, не представляя, чем мне сможет помочь эта информация в данной ситуации, из которой просто не было выхода.
Мужчина улыбнулся хищно, и как-то по маньячески радостно, почти пропев:
— Озан.
— …разве оно не турецкое?…
Он усмехнулся, ничего не ответив, и закрывая за собой дверь, пропустив сначала всю вереницу своей охраны, оставляя меня в полном одиночестве с ледяными руками и полным осознанием собственной беспомощности.
Ключ в замке щелкнул, и за дверью раздался приглушенный голос Озана, который отдавал приказы своим людям, в миг растеряв всю наигранную сладость в своем голосе: «Серхат, оставайся здесь. К двери близко никого не подпускать. Остальные за мной»
Это был крах всему.
Какое-то время я бездвижимо сидела на кровати, пытаясь понять, что же мне теперь делать.
Я была в руках какого-то маньяка с очевидными турецкими корнями, который так и не сказал, для чего меня притащили к нему…как я здесь вообще оказалась? И что он собирался делать потом? Очевидно было лишь одно — помощи ждать неоткуда.
Хан меня выгнал из города и скорей всего, оказался очень доволен тем, что не нашел меня и бабушки утром в нашем доме, как и говорил…
Я потерла ладонью ноющую грудь, где колотилось мое треснутое сердце. Сейчас было не время думать о Хане…нужно было придумать, как выбраться отсюда. И спасти свою бедную бабушку, которая даже не понимала, что происходит.
