Харон. На переломе эпох

Как следствие, впереди нас ждал восьмичасовой переход, требующий триста пятьдесят литров солярки. В трехтонном баке было на донышке, литров двести, только для автономки а никак не для ходового дизеля. Порадовал Катюху — Нам топлива до Станции не хватит. Прижимайся к левому берегу, держись галерным фарватером. Пойдем по морскому каналу.

Мангуст повторил наш маневр и приблизился с правого борта, чтоб можно было спокойно переговариваться под стук дизеля парома.

— Ким, мы почти без горючки. Попробуем поискать в порту что-то подходящее.

Погранец изобразил из себя бывалого морского волка и предложил — Там, у Золотых ворот, нефтяной терминал есть, там бункеруются. Может, туда?

Правильно, куда же еще, как не на терминал, мазутом заправляться! При всем уважении к мазуту, предпочел бы солярку.

— Скажи мне, как заправщик заправщику ты умеешь пользоваться терминалом?

— Да чего там пользоваться! Трубу пробить и топливо само потечет, только емкости подставляй. А потом чопик забьем!

Идея захватила служивого.

Даже жаль стало спускать его на землю.

— А кто тебе сказал, что в трубах будет солярка? Мазут там. Если вообще что-то будет. Если бы топливо могло идти самотеком, то постоянно случались бы разливы и экологи сожрали бы всех живьем. Я лично понятия не имею, где там нужное нам топливо.

— А куда тогда идем?

Ким спросил таким обиженным голосом, будто у него конфетку отняли.

— Нефтебаза нам нужна, для автозаправщиков. Там гарантированно солярка есть. На терминале база есть точно, но я не знаю где.

Ты не знаешь?

Ким закрутил головой, отрицая даже подозрение, что он может что-то знать. Тогда пойдем сложным путем.

— Рядом со «Cпецмашем» на Стачек, прямо на берегу Екатерингофки, есть небольшая нефтебаза. Видел ее издалека. Вот там счастья попытаем.

Пока самым малым ходом суда пробирались по морскому каналу и мимо рейда Лесного мола выворачивали в нужную нам реку, успел поднять палубные люки, глянуть в трюм. Судно нам досталось добротное, хоть и старое.

Не удержусь от банальности — умели тогда делать и толстого железа не жалели. Судно представляло собой «понтон», разделенный внутри на четыре секции поперечными перегородками. Высота трюма была метра полтора. Стоя на днище, я торчал над палубой по грудь, и для осмотра состояния трюма приходилось сгибаться пополам.

Осматривал трюм тщательно и с меркантильным интересом — туда можно налить солярки как в танкер. Прямо в трюм. Ничего ему не будет.