И Ярдар ее понял: Мирава ведь заверила его, что ее сестра выполнила свое обещание.
Люди вокруг загомонили: еще один признак «оживления» застывшей невесты давал понять, что жених ей нравится.
– Это моя добыча! – возразил тархан; и красота вымытой лесной девки, и дух соперничества, и привычка везде и всегда первенствовать подогревали его азарт, не позволяли уступить человеку ниже себя по положению. – Я загнал ее в лесу и стащил с дерева. Видит Авсати, по праву она моя.
Его люди одобрительно закричали. До того они не были уверены, чего хочет господин, но теперь находили, что добыча вполне его достойна.
– Но она и раньше была… – Ярдар глубоко вдохнул, понимая, что отступать некуда. – Я раньше обручился с нею.
Теперь загудели уже все: хазары – возмущенно, а тархановцы – изумленно. Кто-то даже крикнул «Да быть не может!», настолько дикой всем казалась мысль, чтобы их молодой воевода, знатный красавец, вторым браком женился на младшей дочке ведуницы из Крутова Вершка! Да еще и снятой с дерева, как лесовица!
– Обручился? – Азар-тархан гибким и сильным движением поднялся на ноги и приблизился, ступая по траве мягко, как барс.
– Этого ты мне не говорил. Когда ее привели, ты не сказал ни слова про обручение. Ведь правда?
Хазары поддержали его криком.
– Я… Как-то к слову не пришлось… – Ярдар сглотнул.
Он сам не понимал, в опасное положение себя ставит этим признанием или в смешное, и от того в душе мешались решимость и растерянность.
Глянув на своих людей, он не прочел на их лицах никакой поддержки; в глазах было удивление, недоверие, осуждение.
Да чуть ли не все считали, что он лжет, пытаясь выгородить глупую девку, но утраты чести воеводской она не стоит!
– Видно, ты не узнал ее, когда она была в своем лесном обличье! – усмехнулся Азар, уперев руки в бока. – А когда ее отмыли, ты и разглядел, как она хороша! Но теперь поздно.
– Но, тархан! Я сразу сказал тебе, что это не оборотень, что это девка из нашей волости, что я ее мать знаю… да все знают.
– И у твоего обручения есть послухи? Ты ударил по рукам с ее отцом, заплатил за нее вено?
Ярдар промолчал: в свидетелях их полууговора был только дуб Троесил, но он в послухи не придет.
А из Заранкиной родни в Крутовом Вершке знала только Огневида, и то не от него.
– Кто-то из вас слышал об этом? – Азар взглянул на тархановских старших оружников.
Безлет, Верхуша, Овчан – все в недоумении покачали головами. По их лицам было видно: не было такого, да и едва ли могло быть.
