Энергия была осязаемой, слова свободно лились и, спев последнюю ноту перед вступлением всей группы, клянусь, я почувствовал, как кровь буквально загрохотала... и тут зажегся свет.
Ударные возобновили ритм, на этот раз жестче и быстрее, затем присоединился Вайпер с Киллианом и Джаггером на клавишных... и толпа сошла с ума."
"Не в силах скрыть широкую улыбку на сногсшибательную реакцию, я вытянул микрофон из стойки и прошелся вдоль сцены, впитывая взглядом заполненный до отказа зал. Пространство было громадным, ужасающим и просто потрясающим.
Мне не верилось, что я здесь, выступаю перед толпой кричащих людей, прыгавших в такт битов Слейда.
Сложно понять, какой момент стал поворотным, но когда мы перешли ко второй песне, а потом третьей, атмосфера в зале изменилась. Всё начиналось медленно: я замечал тут и там хмурые взгляды, потом люди стали перешептываться. Я бывал на концертах раньше, как фанат, и никогда не думал, что артистам видны люди в зале со сцены. И вот что я вам скажу: всё видно. Я видел всё, и захватывавшее толпу разочарование почти заставило меня упасть на колени.
У меня судорожно забилось сердце, но на этот раз из-за тревоги более сильной, чем бушевавший внутри адреналин. Я направился в центр сцены и поймал взгляд Вайпера. Из-за изменившейся реакции публики он выглядел таким же озадаченным, как и я, но произнес одними губами: «Продолжай». Что я и сделал. Я пел, изо всех сил стараясь покорить толпу, но, похоже, что в их глазах я потерпел полную неудачу. Но как? Почему?
Ответ на свой вопрос я получил в конце третьей песни.
Крики «Мы хотим Трента!», «Где Трент?» и «Кто, черт возьми, ты такой?» непрерывно летели в мою сторону. Я видел, как люди уходили. Я слышал гул неодобрения — чертово «фу-у-у». В свои двадцать три я хорошо знал, что такое неприятие, но почувствовать направленную на тебя ненависть десяти тысяч человек? Такого не пожелал бы и врагу.
Но парни продолжали играть, а я — петь, хотя мне и хотелось заползти в глубокую нору и умереть. Я понимал, что смена вокалиста не пройдет для группы просто, но никогда, НИКОГДА, не представлял себе такой реакции.
Девяносто минут тянулись словно девяносто дней. Разбитый и истощенный, я практически уполз со сцены. Удивляло только одно: как же быстро все полетело к чертям.
ГЛАВА 12
ВАЙПЕР
Что это была за херня?
Чертов кошмар, вот что это было. Когда проваливаешься в сон, и снится, что ты на сцене. Стоишь и слышишь, как тысячи людей выкрикивают твое имя, улюлюкают и свистят.
