— Ты сам, как считаешь, стоит оставить артефакт себе или кому-то передать?
Заметив мой вопросительный взгляд, объяснил.
— Управление по делам магии пристально следит за такими вещами. Да и остальные службы тоже. Пусть Хёницу и разрешили оставить в библиотеке книги, но артефакт, это совсем другое.
Пожалуй, службист в нём будет отмирать ещё очень долго. Если это вообще когда-нибудь произойдёт.
— Будь этот артефакт действительно опасен, руководство Хёница уже давно бы отреагировало.
Тот с сомнением вздохнул.
— Помнишь тех студентов, что встретились нам на обратном пути с нижних ярусов? Один из них сказал, что чувствует мучения человека, погибшего при создании этой вещи.
Я сразу же кивнул.
— Посмотри на это с другой стороны. Если первокурсник, используя свой айван, почувствовал череп, то о нём точно должны знать преподаватели. Думаю, Пайотт права — они смотрят на это, как на учебный момент.
Судя по выражению лица, жандарма всё равно обуревали сомнения. Впрочем развивать эту тему он не стал.
Вместо этого просто улёгся в постель и вырубил светильник со своей стороны комнаты.
Сам я отключился почти сразу, когда залез под одеяло — сказался напряжённый день, который неплохо ударил по организму.
Первым занятием следующего дня стояла “нотная практика”, на которую мы отправлялись в приподнятом настроении — каждому не терпелось попробовать свои силы в нотных комбинациях. Тем более, кроме Лауны, никто из нас раньше не использовал нотные символы. Даже Пайотт призналась, что не имела дело с классической магией.
"
"Но спокойно добраться до аудитории нам не дали — когда мы прошли пару сотен ярдов, оказавшись на открытой галерее, с которой хорошо просматривался склон, за спиной послышалось осторожное покашливание. А потом и знакомый голос.
— Кажется, нам надо поговорить, господа.
Глава XX
Мы развернулись почти одновременно. Лотт с хищным выражением лица выкинул лезвие бритвы, Лауна и Фост разом опустили руки на рукояти револьверов, а Синра просто нахмурилась. Я же с некоторым сомнением посмотрел на того призрака, который встречал меня во время процесса принесения присяги.
Если не ошибаюсь, тогда он представился Ринном.
— Поговорить о чём?
Призрак, зависший в воздухе, имитировал тяжелый вздох и прошёлся взглядом по нашим лицам.
— А вы не догадываетесь? Как вас вообще в Хёниц взяли?
Покосившийся на меня Лотт, уточнил.
— Это вообще кто?
Глянув на него, я с усмешкой развёл руками.
— Тот самый призрак, который был на присяге.
