Ни с кем не воевали, добычи никакой, зарплату задерживали иногда на полгода. И командир был никакой.
— Зато получил бы участок земли, — сказал я.
— Я — старший сын, получил бы надел отца, но отказался в пользу второго брата. Землю пахать — это не мое, — рассказал он.
— Рожденный биться пахать не будет, — перефразировал я Горького.
— Всадники, — спокойно, точно продолжал разговор, произнес Гунимунд.
— Какие всадники? — не понял я.
— Скачут в нашу сторону, — гот показал рукой направление на всадников.
Это был отряд человек в двадцать.
Скакали они не совсем в нашу сторону, а к стоянке пастухов. Там уже кружило воронье, так что найдут быстро. А мои ребята поймали только по одной овце.
— Как думаешь, выйдут на нас по следу? — спросил я гота.
— Даже я бы вышел, а они кочевники, всю жизнь скот пасут, — ответил Гунимунд.
Я прикинул, что шхуну не будет видно с начала оврага, ведущего в бухточку. Даже если не справимся с аварами, то отпугнем их. Будет время погрузить больше скота.
— Потолкуем с ребятами? — предложил Гунимунду.
Он посмотрел на меня так, будто именно этого и ждал:
— Как скажешь.
Мы, пригнувшись, спустились с бугра к берегу. Я позвал тех, кто был на берегу:
— Все ко мне с оружием!
— Нам тоже? — спросил Семен.
С тех пор, как появилась Валя, боевой дух выветрился из него. Осталась только привычка подчиняться моим приказам.
— И вам тоже, — ответил я.
Расположил людей в кустах на обоих склонах оврага, объяснил каждому, в кого стрелять. Положим передних, а задние пусть скачут за подмогой.
Кусты густые, колючие. Всадники нас здесь не возьмут даже в случае неудачи. Я спустился на дно оврага, осмотрел засаду. Если знаешь, кто где сидит, то увидишь. Надеюсь, заметят не сразу. Я поднялся наверх, выглянул из-за кривого деревца, растущего в самом начале оврага. Отряд неторопливо скакал к спуску в бухточку. Судя по броне, это не шваль, которой поручают пасти овец. Кони справные и без брони. Я вернулся к своим людям и изменил задачу:
— Скилур, ты стреляешь в коня первого всадника, а ты Палак в коня второго.
Именно в коней, поняли?
— Поняли, — ответил за обоих Скилур, хотя по тону было ясно, что ничего не понял."
"— Всадники мне нужны живыми. Убивайте под ними коней, а самих не трогайте, — объяснил я.
— Понятно! — сказал на этот раз Палак.
Значит, действительно, поняли.
— Вы стреляете первыми, когда передний всадник поравняется со Скилуром. Или, если передумают спускаться, после моего выстрела. Все остальные бьют по всадникам, — приказал я.
