– Не-ет, солнышко, – Стас противно сощурился и помотал головой, – не-ет, девочка моя. Ты не стала звонить в милицию потому, что испугалась.
– Тьфу, черт! Какая же ты, Герасимов, редкостная скотина! Ты что, не понимаешь, я просто не хотела, чтобы у тебя были дополнительные неприятности, а ты… Ну скажи, скажи, чего я могла испугаться?
– Вдруг все сложится так, что тебе не поверят, подумают, будто это твоя собственная пушка и после убийства моего шофера ты просто испугалась, что она у тебя есть, и решила таким вот оригинальным способом от нее избавиться.
– Умный, – оскалилась Эвелина, – смотрите, Николай, какой у вашего шефа генерала получился умный и сообразительный сынок. – Она засмеялась. Смех у нее был приятный, низкий и мелодичный. – Но ты знаешь, дорогой, еще не вечер. Я могу позвонить в милицию прямо сейчас.
– Так, давайте-ка мы все успокоимся, – встрял охранник. – Станислав Владимирович, как я понимаю, вы сегодня ночевали в этом доме?
– Да! – рявкнул Стас.
– В котором часу вы уехали отсюда?
– Не помню.
Около трех. Слушай, Коля, а при чем здесь ты? Что ты мне допрос устраиваешь? По какому праву?
– Я сотрудник службы безопасности банка, Станислав Владимирович, – терпеливо объяснил Коля и обратился к Эвелине: – А когда вы вернулись домой?
– В четыре.
– То есть вы разминулись примерно на час. И в течение этого часа в квартире никого не было. Вы пришли и сразу занялись уборкой?
– Совершенно верно, – кивнула Эвелина.
– И потом уже из дома не выходили?
– Выходила.
Мусор выносила.
– Его сто раз могли подбросить, – произнес Стас уже спокойнее, – а то, что я ночевал здесь, им было отлично известно. Они мне сюда звонили.
– Погодите, кто они? – спросил охранник.
– Люди, которые охотятся за мной. Вернее, один человек. Он маньяк. Он отсидел за убийство. Он сумасшедший пьяница, он…
– Одну минуточку, Станислав Владимирович, давайте по порядку. Кто именно вам сюда звонил?
– Убийца.
– Он что, так и представился? – с нежной улыбкой спросила Эвелина.
– Нет. Он молчал.
– Как же вы поняли, кто это? – осторожно поинтересовался охранник.
Стас огляделся невидящим взглядом. Лицо его приобрело синеватый мертвенный оттенок, глаза запали.
– Слушайте, что вам всем от меня нужно? – Он уронил голову и закрыл лицо руками. – Я устал. Я больше не могу. Мне очень плохо.
* * *Обрывки фотографии Анжела сгребла в кучку и сунула под подушку, приговаривая:
– Гадина похабная, подонок!
Юля молча на нее смотрела.
