Хильдегарда. Ведунья севера

Была бы моя воля, я повременила бы с этим, но, боюсь, Рагне такое не понравится. – Например, можно снять с человека кожу заживо, проведя какой-нибудь страшный магический ритуал, – сказала и сама же застыла от картины, нарисованной воображением. Боги, как мне такое вообще в голову могло прийти? Сглотнув, продолжила: – Неужели он достоин тех минут боли, которые будут предшествовать его смерти? Я понимаю, что, вероятно, некто ограничил срок его жизни именно определенным жизненным отрывком, но он ведь может умереть не так мучительно.

– Понимаю, – Рагна зашлась кашлем, но стоило мне дернуться в ее сторону, как она приподняла руку, останавливая меня. Через минуту кашель затих, а сама Рагна устало сползла чуточку ниже по подушкам. – Только причем тут мелодия мира?

– Ну как же? Разве мелодия его смерти не будет искаженной или черной?

– Мелодия не может быть плохой, Хильдегарда. Она просто есть. Понимаешь? Это как мелодия ночи. Она тревожная, тихая, пугающая, жутковатая, но сама по себе она не плохая. Она просто вызывает у тебя страх или иные неприятные ощущения.

Взять, например, гнилое мясо. Для тебя это что-то отвратительное, но, попав в землю и смешавшись с ней, оно становится удобрением для растений. Но это не означает, что ты должна есть гнилое мясо. То есть, несмотря на то что плохой мелодии не бывает – есть лишь наше мнение о ней, – некоторые поступки все-таки недопустимы.

– Например, плохо, если я решу убить кого-то, сварив заживо? – спросила, рассматривая рисунок в книге, который изображал человека в круге.

На его руках и ногах были нарисованы какие-то точки. Быстро пробежавшись глазами по тексту (с удовольствием отметив, что читать я могу отлично, даже несмотря на витиеватый почерк автора книги), поняла, что в коллекции Рагны есть не только рукописи об отварах и прочих безобидных вещах. В этой книге подробно описывалось, как принести жертву богу войны, чтобы умилостивить его и выпросить удачу во время похода.

– Именно. Мелодия мира от этого не станет хуже, просто на короткий миг ее звучание станет чуточку другим, более тревожным.

– То есть все сводится к тем же рассуждениям на тему, кто виноват: оружие или рука, держащая это оружие? Мне обязательно будет учить вот это? – я подняла книгу выше, так, чтобы Рагна ее видела.

– Учить не обязательно, но прочесть должна, чтобы иметь представление, – непреклонно сказала женщина. – Ты будешь не единственным человеком с силой. Всякое в жизни может понадобиться. И пусть нас мало, но все же.