Хирург Коновалов

– Кир говорит, что это какой-то исключительно серьезный и авторитетный мужик."

"Но я на подначку не поддаюсь. Пока. А вот спустя пару коктейлей вдруг зачем-то вываливаю подругам про эпилированный пах. Ну, потому что они натиска любопытства не ослабляют, а это замечательно переключает их внимание! Лучше про пах, чем про… про что-то другое, чего я не понимаю, но уже боюсь. Ну и я уже очень сильно не трезва, это тоже факт. В общем, логику в моих действиях искать бесполезно, когда я открываю мессенджер.

Инна Ласточкина: Вадим, у тебя дикпик есть?

Вадим Коновалов: Имеется.

Инна Ласточкина: Пришли.

Вадим Коновалов: Нет.

Нет? Нет?! Что значит – нет?! А для кого ты его тогда делал?! Альбина и Римма даже притихли, слушая мое возмущенное сопение.

Инна Ласточкина: А для кого ты его делал?!

Вадим Коновалов: Для Наиля.

У меня мозговой ступор. При чем тут Наиль?! А Вадим накатывает мне еще.

Вадим Коновалов: Ты сколько выпила?

Инна Ласточкина: Я стекл как трезвышко.

Вадим Коновалов: Где ты?

Инна Ласточкина: Нет дикпика – нет адреса.

Вадим Коновалов: Выпорю на хрен. Адрес?!

Ну и пожалуйста. Сам напросился.

***

Булат как-то, подвыпив, рассказывал, как забирал Гульнару из бара, где она сидела с подружками. Я помню его искреннее возмущение самой ситуацией. Помню, как ржал и троллил. Ну, сидят девчонки, отрываются, чего такого?

После требования прислать фотку члена я моментально понял, что Инка тоже отрывается. И хорошо, если с подружками. Да точно, с подружками, Инна же говорила, что в субботу отмечают чей-то день рождения.

Но сейчас снисходительности по поводу такого отрыва у меня не было. Если дело дошло до требования фоток члена, то…

Машина нырнула под поднятый шлагбаум. Темирбаева я теперь прекрасно понимал.

***

Хороши, красотки. Все трое. Инна говорила, что это ее подруги с университета. Умные девочки, теоретически. Угу, как же. Сейчас – три пьяно хихикающие девицы. Хоть звони Темирбаеву с просьбой поделиться опытом!

Кое-как запихиваю всех троих в машину, выбиваю из девиц адреса.

Салон моего автомобиля на время превращается в караоке-бар. Терплю, что еще остается. Ох, Ласточка, возмездие будет неотвратимым. И сладким.

Но, конечно, не сегодня.

– Я не просила меня забирать, – надувает губы, когда мы остаемся в машине вдвоем.

– Считай, что я отплатил тебе за то, что ты забрала меня тогда с турбазы.

– Секса не будет.

– Конечно, не будет. Тебе за плохое поведение не полагается.

Фыркает. Разворачивается ко мне всем корпусом.