И вот я добилась этого — попасть в мою клинику непросто, мы не оперируем без разбора, мы проводим бесплатные операции детям, именно к нам отправляют из городских больниц после тяжелых лицевых травм, именно мои хирурги восстанавливают людям лица в особенно тяжелых ситуациях.
Да, безусловно, мы проводим и косметические операции, но это никогда не являлось для клиники приоритетным направлением, и я позволяю врачам самим решать, браться ли за переделку и без того нормального носа очередной скучающей дамочки или отказать ей.
Именно для этого в штате у меня хороший психолог, а для окончательного решения всегда приезжает на консультацию психиатр. Кстати, о психологе…
После гибели Евгения Михайловича, работавшего в клинике со дня ее основания, я с большим трудом нашла ему замену. Как-то сложилось, что врачебный коллектив в клинике мужской, и это вовсе никак не связано с моими комплексами — мол, незамужняя начальница предпочитает не видеть вокруг себя более удачливых товарок.
Просто с мужчинами мне легче работать. И, как назло, на собеседование на должность психолога шли сплошь молодые девушки, едва окончившие институты, большей частью даже не профильные.
Это меня страшно возмущало — я искренне считаю, что клинический психолог должен иметь медицинское образование, а не диплом психологического факультета заборостроительного института.
Это сильно усложняло мне выбор, но я упрямо стояла на своем, и, в конце концов, пришел тот, кто, по моим представлениям, абсолютно соответствовал требованиям.
Молодой мужчина лет тридцати в белой рубашке и серых брюках перешагнул порог моего кабинета как раз за две недели до моей свадьбы.
— Иван Владимирович Иващенко, клинический психолог, — представился он, слегка склонив голову к левому плечу.
— Присаживайтесь, — пригласила я, жестом указав ему кресло."
"— Окончил местный медицинский, — продолжал кандидат, опустившись в кресло и положив перед собой на стол довольно потрепанный портфель, каких, как мне казалось, уже давно никто не носит.
— Потом факультет клинической психологии в Москве. Практиковал несколько лет там, потом вернулся.
— И что же побудило вас бросить карьеру в столице?
— Жизненные обстоятельства, — коротко ответил психолог, а от меня не укрылся жест, которым он коснулся лежавшего перед ним портфеля.
