Хищная

— Чему аплодируешь?

— Тебе, «красотка», — говорит, стараясь передразнить Илью.

Я лишь хмыкаю. Направляюсь во двор, но Кузнецов загородил проход и не намерен отходить.

— Пусти, — говорю ему и порываюсь пройти, но он преграждает путь рукой.

Склоняется к моему уху и зло спрашивает:

— Ну что, Кристина? Ты нашла в своей Америке то, зачем ехала?"

"— Да. Я получила хорошее образование.

— И оно сделало тебя счастливой?

Я немного от него отступаю и смотрю в лицо. Кузнецов сверлит меня ненавидящим взглядом.

— В чем дело, Егор? У тебя до сих пор бомбит? За восемь лет не остыл?

Он нервно смеётся.

— Мы все реально были тебе настолько безразличны, что ты никому из нас ни разу не позвонила, ни разу не написала? Ты специально удалилась из всех соцсетей, чтобы мы ничего не знали о тебе, а ты ничего не знала о нас? Тебе действительно восемь лет было глубоко наплевать на нас всех, что ты даже ни разу не приехала?

Я шумно сглотнула и обвила свои плечи руками.

— Что ты хочешь от меня сейчас, Егор?

— Сейчас уже ничего, Кристина. Сейчас уже ничего.

— Тогда в чем дело?

— Просто смотрю на тебя и не понимаю, как можно быть такой стервой. Такой хищной сукой. Так переступать через людей, с которыми была очень близка, и вычеркивать их из своей жизни.

Я ничего не успеваю ему ответить, потому что сзади раздаётся злой голос Максима.

— Егор, ты разговариваешь с моей сестрой! Выбирай выражения.

Кузнецов немного отстраняется от калитки, и Максим выходит к нам на улицу.

— Макс, она даже на тебя наплевала. И ты ее защищаешь?

— Что значит «даже», Егор?

Кузнецов осекается, а я хмыкаю про себя. Он не рассказывал Максиму про нас с ним. А сейчас своим «даже» проболтался.

— То, что ты член ее семьи, Макс, — находит он отговорку. А меня это только еще больше выводит из себя.

— Егор, а ты рассказывал Максиму, из-за чего вы в школе перестали общаться?

Самойлов удивленно на меня смотрит, а Кузнецов зло цедит:

— Скажи это ты ему, Кристина.

— О чем вы говорите? — напряжённо спрашивает Максим.

— Ну же, Кристина, скажи ему. Скажи, как ты в итоге с ним поступила, — продолжает Кузнецов.

Меня уже всю трясёт.