— Гордон, это что такое? — девушка горящими от любопытства глазами разглядывала выросшее перед нами препятствие.
Мы соскочили с телеги, с удивлением изучая рукотворную каменную гряду, выполненную из разнокалиберных камней, связанных между собой каким-то скрепляющим составом.
— А это еще до нас сделали. Томас, расскажи! — обратился он к нашему молчаливому вознице с бритой налысо головой и длинными, свисающими до подбородка усами.
— В горах обвал был, так мы и сложили из этих камней перемычку, — мужчина не спеша положил поводья, с трудом слез с повозки и, сильно припадая на одну ногу, направился к странной конструкции двери в каменной кладке, махнув нам рукой, подзывая.
"
"При ближайшем рассмотрении дверь оказалась сделана из вертикальных деревянных жердей, связанных между собой кожаными ремнями. Просунув руку в круглое отверстие в ней, Томас пошурудил изнутри, и дверь распахнулась. Мы прошли за ним следом, едва успев закрыть за собой створку, так как околачивающиеся неподалеку овцы решили проскользнуть за нами.
— А как же ваши лошади? — поинтересовался у возницы Клаус.
— Да что с ними будет? Вы идите с Гордоном, он вас дальше проводит, а я пойду, открою ворота, как раз и отведу лошадок домой.
— Так что с этой стеной? Вы не рассказали. От кого вы ее возвели? — окликнул возницу Трой.
Мужчина остановился, задумчиво пожевал губами.
— Так от страхов ночных и закрылись! Поначалу всем прилетевшим на «Хищную», лишь стемнеет, всякие чудовища мерещатся! А чуть их материализуют, то те их и пытаются сожрать.
А куда от зверюг скроешься в чистом поле? Деревья здесь низкорослые, а на пальму просто так, без сноровки не заберешься. Потому мы и нашли это место. Дома свои городили на отвесных стенах, да пути отхода сразу готовили. Чтобы в случае чего от своего материализовавшегося страха быстро улепетнуть! Куда быстрее это делать, соскользнув по вертикальному шесту. Правда, один раз у меня неудачным вышел, — сплюнул мужчина сквозь зубы, — ногу я сломал, а потом еще и бежал! Кость мне после этого, видимо, плохо вправили, криво срослось.
С тех пор и хромаю.
— А как давно вы здесь? — тихо спросила Лерой.
Мужчина наморщил лоб.
— Трудно сказать. Сутки здесь в два раза короче привычных, и четких времен года нет. Но, судя по тому, какой год и месяц нам назвал ваш отец, девушка, то уже третий год пошел, наш год, привычный. Ладно, пойду я! Еще увидимся, — мужчина махнул нам рукой и, хромая, направился к видневшимся вдалеке деревянным воротам.
