На ее поверхности появились живописные озера, полные рыбы, а в траве деловито шуршали жирные сурки и сновали длинноухие зайцы.
Уже на закате, мы, наконец, остановились на ночлег.
— Что-то я в последнее время стал слишком сентиментален, — хмыкнул Тилбот, упрямо пытаясь материализовать нам на ужин что-нибудь мясное, — жаль убивать зверюшек, если мы можем бескровным путем получить еду.
Трой и Клаус, переглянувшись, хмыкнули, они уже соорудили нам шалаш из веток и теперь следили голодными глазами за мучениями командора.
Я же уже успел обойти по периметру наш лагерь, раскладывая на земле, на крупных листьях и в пазухах веток сигнальные горошины. Они были настроены реагировать на любой движущийся объект крупнее зайца. Если что, на незваных гостей, хищников, они тоже отлично отреагируют, послав мне на наручный комм беззвучный вибросигнал. А на схеме охранного периметра замигает огонек в месте подозрительной активности и отобразится видео нарушителя."
"— Командор, а можно я попробую? Есть очень уж хочется! — пожаловался Шейн, потирая живот.
— Ну, пробуй! А то я уже что-то устал, — притворно вздохнул Тилбот, покосившись на визуализированную им кучку из заячьих шкурок, костей и прочих малоаппетитных останков. Не знаю, о чем он думал и что представлял во время процесса материализации, но сдавалось мне, что вовсе не об аппетитно пахнущей зажаренной тушке.
Шейн уселся на траву, закрыл глаза и, направив ладони на большой лист лопуха, замер. Не прошло и нескольких секунд, как вокруг его пальцев заклубились еле заметные завихрения, и на листе материализовалась тушка жареной курицы.
Трой и Клаус восторженно вскрикнули и коршуном метнулись к «добыче».
— Славься великий Шейн! Кормилец голодных стражей! — Изобразив поклон, Клаус покосился на насупившегося командора. — С другой стороны, у каждого свои таланты! Правда же? — Толкнул он Троя в бок. Но тот лишь угукнул, впившись зубами в сочащуюся прозрачным мясным соком птицу.
— Не ссорьтесь, я всем сейчас ужин приготовлю, — улыбнулся здоровяк и снова сосредоточился на листе лопуха, на котором одна за другой материализовались еще четыре курицы.
Но не успели мы насладиться ужином, как ожил мой наручный комм, тревожно мигая красным. Отложив курицу, я отер руки о траву и активировал голоэкран.
— Ставр! Немедленно покиньте этот квадрат! К вам сверху что-то приближается! — в глазах Лерой плескался страх, а голос чуть ли не срывался на крик.
