В глубине дома послышался женский плач, безутешный, горький, с надрывом. Сердце тут же тревожно забилось, и горло сдавило от ужасного предчувствия. Так может плакать женщина, только что потерявшая…
Нет! Только не это! Только не мой сын! Я ведь даже не успел подержать его на руках!
Не помня себя, я вбежал в комнату, откуда слышался плач, и, найдя глазами сжавшуюся на большой кровати маленькую девушку, замер. Я не знал, что делать дальше, как утешить ее, как подобрать правильные слова.
Лерой меня не сразу заметила, а когда подняла свое заплаканное лицо, увидев меня, еще раз судорожно всхлипнула и замерла.
В полной тишине мне послышался какой-то тихий звук, больше напоминающий не то скрип двери, не то покряхтывание маленького старичка. Взгляд расширившихся при виде меня глаз девушки метнулся в сторону, остановившись на изящно вырезанной из дерева люльке. Оттуда снова послышался какой-то звук.
— Наш сын жив? — наконец-то я хоть что-то смог из себя выдавить.
— Конечно! — все еще всхлипывая, прошептала Лерой, и ее глаза наполнились слезами.
— Тогда почему ты плачешь? Я уж испугался и подумал… самое ужасное! — Я, как остолоп, остановился посредине комнаты, не решаясь подойти ни к самой девушке, ни к сыну. Я, планетарный страж, который, казалось, уже разучился бояться, теперь снова научился этому.
— Я, я, я из-за тебя… — снова всхлипнула девушка, — я думала, что ты погиб!
— Что? — вскрикнул я слишком громко, и из деревянной люльки снова послышалось недовольное кряхтение.
— Но почему я должен был погибнуть?
— Комм! Ты не отвечал!
— Ну да. Как бы это сказать, было не очень удобно.
— Что? Не очень удобно? А ну пойди сюда, я тебя сейчас убивать буду! — Возмущенно запыхтела девушка, напоминая рассерженного ежика. А на моем лице неожиданно расцвела широкая улыбка. Она, оказывается, так из-за меня убивалась, решив, что меня уже нет в живых!
Не дав себе опомниться и снова погрузиться в сомнения, я в два шага оказался около кровати и, сев на краешек, протянул к девушке руки.
Секунда, и она юркнула ко мне в объятия, доверчиво прижавшись хрупким, чуть подрагивающим от недавних рыданий телом.
— Больше не смей нас покидать! Ты нам нужен! Ты мне нужен! — прошептала она мне в шею.
А я почувствовал, что просто огромное, необъятное счастье затопило меня, а в груди стало тесно от нахлынувших эмоций.
