В конце концов, я все-таки достала то самое изумрудное трикотажное платье, которое надел на меня Жерар в Париже. Но собираться не спешила.
Звонок от Н’Ери прозвучал через десять минут. Я тут же села на кровать, такие новости лучше встречать сидя."
"— Да? — выдала на одном дыхании и застыла, ожидая ответа, как приговора.
— Ну что, Измайлова, пляши, мне удалось договориться.
— Я никуда не еду?
Поверить было трудно и немного страшно.
— Не совсем. Ты никуда не едешь сегодня. Я отсрочил поездку до утра. К’Аури действительно не имел права приглашать тебя без меня.
— И что теперь?
— Завтра нас ждут на торжественный обед.
— Нас? — переспросила я, потирая ладонью шею, где вновь вспыхнул огнем укус.
А ведь я так надеялась, что влечение пошло на спад.
— Да, нас. Избавиться от меня не так просто, Тор-р-ри. Как бы сильно тебе этого ни хотелось.
Прикрыла глаза, вслушиваясь в рычащие нотки его голоса, и тихо ответила, стремясь сменить тему разговора:
— Значит, завтра?
— Да. Я за тобой заеду после десяти.
Будь готова.
— Хорошо. Спасибо, Ник.
— До завтра.
Я еще некоторое время молча сидела на кровати, рассматривая узор ковра под ногами. Потом встала и нерешительно подошла к окну. Машины уже не было.
Вроде бы и полегчало, но вместо одной проблемы нарисовалась другая. И еще неизвестно, что хуже.
Снова Н’Ери! Опять Н’Ери!
…Всегда Н’Ери.
Для начала я спустилась вниз, чтобы сообщить родным о том, что поездка отменяется и ехать мне никуда не придется.
Волна облегчения и следом недоуменное и немного настороженное: «Почему? Как?»
— Небольшая ошибочка вышла, — непринужденно рассмеялась я.
— Они думали, что Ник здесь, и поэтому пригласили. Теперь ситуация разрешилась.
— И что дальше? — быстро спросил отец. — Они от тебя отстанут?
«Если бы…»
— Завтра мы приглашены на обед.
— Кто мы? — тут же уцепился отец за слово.
— Я и Ник.
— Он прилетит? — догадалась мама, и они с папой многозначительно переглянулись.
— Да. Завтра, — все так же спокойно ответила я, сложив руки на груди.
Непринужденность исчезла, в воздухе запахло серьезным разговором.
— Вика, доченька, — начала мама таким тоном, что сразу стало понятно: они хотят сообщить мне нечто очень неприятное.
— Мам, не надо, — покачала головой и схватилась рукой за перила.
— Мы с отцом никогда не вмешивались в твою жизнь, но ты уверена, что все это нужно?
— Что именно?
— Он хищник, — вставил отец, бросив очередной короткий взгляд в сторону жены, будто ждал поддержки.
