Только вот загвоздка в том, что нельзя убить того, кто был уже мёртв…
Умом я это понимал, а тело хотело ринуться в бой. Я никогда ещё не был так зол!
— Выпусти ману, — раздался в голове знакомый голос богини.
Я не стал спрашивать зачем. Иначе бы она попала под горячую руку.
Сделал, как советовала богиня. Из тела начала постепенно утекать мана.
— Эй, ты что творишь? — забеспокоился лич.
Мы находились в подземелье. Здесь было достаточно холодно, но мой дар позволял не замёрзнуть. А вот дыхание обращалось в пар."
"Мана продолжала выходить.
А лич не спешил нападать со своим ножичком. Пол начал покрываться инеем. Но это была не вода. Это моя мана обращалась в магический лёд.
Вот такие они тайные дары богов. И мне сегодня довелось использовать один из них.
Я направил всю свою ману к своему врагу. Она облепила его. Но этот придурок лишь отмахивался, словно вокруг летали надоедливые комары.
— Замерзай, — прошептал я.
И вся мана замёрзла. За доли секунды посреди камеры образовалась ледяная глыба.
Я обошёл её и открыл дверь.
Да, опять же, смерть нельзя убить, не пожертвовав своей жизнью. И сейчас, когда холод остудил эмоции, я понял, что жизнь мне всё же дорога.
Вышел в коридор подземелья. Здесь был целый лабиринт. Взял на руки Ленца и опустил на пол со словами:
— Найди Свету.
Саламандра кивнула и ускакала на поиски. И я занял тем же самым. Попутно вспомнил, что из-за всех событий так и не успел заказать артефакт с портальным камнем. У лича же должен быть какой-то склад с магическими предметами, поищу там.
Ведь он же как-то отсюда выбирается. Но надеюсь, что артефакт не остался на его теле.
У меня было достаточно времени для поиска. Лича могли спасти лишь его слуги, а я пока никого, кроме Иванны не встречал. И то она нескоро вернётся, судя по её настрою.
Вот же парадокс. Она всего лишь исполнитель. Стоит ли убивать и её?
Я знал, что когда увижу гроб дяди на похоронах, то точно захочу прикончить всех. Но сейчас разум был холоден, чтобы принять взвешенное решение. И вывод был таков: за одно похищение моей невесты следовало убить.
Свернув в соседний коридор, я услышал странный стук. Пошёл на звук. Вышел к камерам. Только вот здесь все заключённые сидели за толстыми металлическими дверьми.
Я не нашёл ничего лучше, чем прокричать:
— Света! ты здесь?
Стук прекратился.
— Это Сергей! Отзовись! — повторил призыв я.
— Я здесь, — раздался глухой голос из крайней камеры.
И благо я умел проклинать даже металл. Только вот ману всю возле лича оставил.
