Онлайн-библиотека книг
Да, кого-то отправили на помощь слугам, но большинство остались в холле.
— Дайте мне десять минут, — попросил я, не оборачиваясь, всё равно этого никто не увидит в кромешной темноте.
И пошёл дальше. Плавными шагами, ступая лишь на носок, чтобы не создавать много шума.
Знал, куда идти. И шёл. А внутри всё трепетало. Ведь магия — сложная штука, и никогда нет уверенности, что всё получится наверняка.
В меня полетело мощное проклятье. Я не увидел, а почувствовал его. Сердце на миг остановилось.
Вытянул руку и прищурился.
Но вместо мучительной смерти проклятье остановилось у моей руки. И я втянул его в себя.
Фух, получилось.
Я шумно выдохнул, осознавая, что сделал. И пошёл дальше.
Но теперь уже под градом проклятий, что летели в меня абсолютно со всех сторон. Да и сама тьма была проклятьем, что ждало активации от своего создателя.
Я впитывал проклятья в источник точно также, как сухая губка впитывает воду. Одно за другим, точно капли воды."
"Это было приятно. Словно меня обдувало лёгким ветерком, а потом эта прохлада впитывалась в кожу посреди жаркого дня. Ведь сейчас внутри этого купола было тепло, как в начале лета. Из-за того, что враги убирали всю воду и сушили даже воздух.
Вторым зрением я видел, как человеческие источники воды отдаляются, не в силах противостоять. Ведь нельзя убить проклятьями того, кто ими питается.
Враги остановились у границы купола.
— Вот ты и попался, — зловещим тоном сказал я и схватил человека за плечо.
Мне нужно было лишь коснуться. Чтобы сидевшее внутри мужчины проклятье впиталось в мою руку. Осело в источнике и принялось укреплять стенки магических каналов, вместе с остальными.
Мужчина захрипел, а я убрал руку. Он упал на землю, словно мешок с картошкой. Мёртвый.
Но это не я его убил. А в нём изначально не было жизни. Лишь частица тёмного божества.
Я начал охоту, продолжая пожирать проклятья. И сейчас себя чувствовал таким же ненасытным, как моя саламандра.
Мне хотелось поглотить всё больше и больше сил. Потому что с каждым проклятьем я становился сильней. С каждым оставленным позади себя трупом.
Двенадцать. Тринадцать. И живых в саду не осталось.
Пришлось возвращаться в поместье, откуда доносились и крики, и звуки непрекращающейся битвы.
Стоило подняться в холл, как слух прорезал крик Мариссы.
