— Лисецкая сидела в темно-синем кресле на кухне, которое, как я хорошо знала, ночью могло превратиться в кровать. Не раз на нем ночевала.
— Сначала пообещай, что никому не скажешь то, что сейчас услышишь, — потребовала я. — Даже Диле и Лурии. Особенно Лурии.
— Случилось чего? — Инга вскинула свои золотистые брови.
— Олеська… ладно, давай по порядку… мы не ездили ни на какие переговоры! — залпом выдала я и, увидев округлившиеся от удивления глаза Лисецкой, добавила: — Мы почти весь день провели у Баринова дома.
— Что? А… Вот так сразу?
Инга из нас всех самая эмоциональная, да еще с богатым воображением, так что я поспешила объяснить:
— Ничего не было… мы просто разговаривали… как друзья.
— Да ты его мышьяком готова была травить несколько дней назад! — фыркнула Лисецкая. — Он отобрал у тебя назначение. Друзья?!
— Мы целовались… — прошептала я, и мои губы медленно расползлись в улыбке. — Это было круто.
Инга полминуты, не меньше, сидела с открытым ртом, а потом выдохнула:
— И как?! Круто целуется?
— Да, но не это главное.
— А что тогда? Ты бросишь Пашку? Свадьбы не будет? Офигеть! У тебя роман с Бариновым! А я твоему Сереженьке сегодня чуть по морде не заехала, когда он пургу начал нести. А значит, вот как…
Инга никак не могла прийти в себя. А ведь я еще много чего ей не рассказала."
"— Нет у меня никакого романа с Саввой. — Я пожала плечами. — И с Пашкой все… все запуталось, у нас кризис, а тут Баринов. Неделя только, как он появился, а столько уже всего… Ты помнишь Новый год на моей старой даче?
— Ну… смутно.
Подожди, это же тогда вы с Кальяновым вдрызг разругались?
— Я ему нравилась в универе. — Мысли убегали вперед, я даже не ответила на вопрос Инги. — Баринову нравилась. И он поехал тогда ко мне на дачу, чтобы со мной быть. Ты веришь в это?
Лисецкая молчала, она неожиданно серьезно смотрела на меня, потом пожала плечами и отвела взгляд.
— Ну? — поторопила я подругу, которую обычно приходилось сдерживать, настолько эмоциональной и реактивной она была.
— Я догадывалась, Кать, — выдавила из себя Инга, — то есть мне казалось, что он к тебе как-то особенно относится. А когда тебя не было рядом, ему явно было скучно. Вы так мило ругались постоянно.
— И ты ничего не сказала?! — не удержалась я. — Все видели, догадывались и молчали.
— Вообще-то Диля как-то ляпнула (мы только начали учиться), что Баринов к тебе неравнодушен, так ты ее как ребенка отчитала. Не помнишь?
— Не-а.
— Вспоминай.
