Хиван

Я - архитектор и мало что понимаю в священных таинствах. Мы вошли в храм Плутона, что на границе Тьмы. Жрец отчитал требу и оставил нас в полной темноте. Я, как и было сказано, вознес молитву Прозерпине с просьбой: раз уж ее могущественный супруг решил забрать себе наш мир, то пусть она проведет нас в свой Мир, подаренный ей Владыкой Миров. Ну и, как положено, принес в жертву раба, осужденного на смерть за вырубку оливы. Хотя наверно, лучше бы я послушался жену и купил на жертву ту нумидийскую девственницу с кожей черной как ночь.

- Значит в Лидии тоже было рабство?

- Конечно. Мы же цивилизованный народ, а не дикие алеманы."

"Вот и поговорили. Иван встал из-за стола и направился на выход. Душно как то стало, несмотря на густую зелень и бассейн с кристально чистой водой. Захотелось просто подышать свежим воздухом. В дверях он столкнулся со здоровяком Темботом, стоящим в боевом охранении.

- Извини за любопытство, но ты же на вид русский, а имя у тебя.... - Забелин замялся, подбирая подходящее слово.

- Сто двадцать семь! - Не поворачивая головы, уведомил Ивана охранник.

- Чего сто двадцать семь?

- Сто двадцать семь человек, включая тебя, считают это имя странным. А у нас в роте было три Тембота, четыре Лаврика, и два Мергела. Меня вот ваши еврейские имена смешат: Петр, Семен, Иоан.

- А, ну да, наверное. А ты откуда провалился?

- С Белокаменной. Я коренной москвич как минимум в пятнадцатом поколении. Мой род восходит к Великому Московскому князю Темрюку Идарову. Ты куда собрался без сопровождения?

- Да я до машины и обратно, вещи забрать, - сам не зная зачем соврал Иван. - Себастьян, вон то же один на один со злыми хавиками остался. Да нормально все. Я же жил среди них. В общем, под мою ответственность.

Забелин действительно дошел до грузовика и залез под тент, поскольку по дороге вспомнил про зубную щетку и прочие мыльно-рыльные атрибуты, которые стоило прихватить из сумки.

- Хиван! Хэй Хиван, рунти ма ноол тахай? - окликнул его из окружающих стоянку кустов звонкий женский голос, а так и не отключенный переводчик тут же повторил фразу мужским баритоном. - Эй, зверь, ты правда живой?

Из кустов выглядывала слегка испуганная кудрявая головка Румпет.