Я помню, ты ела рыбу тогда в Таиланде, тебе нравилось.
Да, я помнила. Мы ели осетровый шашлык прямо в постели обнажёнными. Было невероятно вкусно. Но сейчас мне казалось, что это было так давно и будто с другим мужчиной. Поэтому об этом моменте я даже заикаться не стала."
"– А это баба-гануш – баклажаны с орехами и оливковым маслом. Я слышал, русские любят баклажаны, даже острые едят.
Он был очень учтив и дружелюбен, а я была не в том положении, чтобы капризничать. Поэтому взяла маленькую ложку, не удивлюсь, если она из чистого серебра, и попробовала немного.
– Да, только не такие пряные и без орехов. У нас есть много разных видов закусок из баклажанов. Но эта тоже очень вкусная, – сделала вывод я.
– А это сладости, – он указал на небольшие золотистые блестящие шарики. – Это тесто, пережаренное с финиками в сиропе. Очень вкусно. Но восточные женщины относятся настороженно, боясь испортить фигуру. Тебе же бояться нечего, моя Хэриб.
Это “моя Хэриб” прозвучало очень интимно. Я подняла на него глаза и увидела во взгляде мужчины вспышку.
Желание. Тут не ошибиться. Нафиз действительно очень старается держать себя в руках, пытаясь дать мне время. Но теперь я знаю ещё об одном факте, который только увеличивает пропасть между нами.
– У тебя есть невеста, – ответила, не выдержав.
– Это она так считает, – Нафиз тут же помрачнел. – Саффана – дочь одного из благородных королевских советников. Избалованная принцесса, с которой даже родной отец справиться не в силах. Если говорить в понимании русских, то можно сказать, что мы росли с ней вместе, насколько это возможно для разнополых детей благородных восточных семей.
Прямой речи о нашем союзе никогда не было. Только неофициальные разговоры между отцами, но давно. Однако Саффана воспринимает это всерьёз.
– А ты?
– А я сделаю то, что будет от меня требоваться для укрепления моей семьи как одной из правящих в эмиратах.
Значит, женится, когда время придёт. Он шейх, она принцесса. Вряд ли Нафиз откажется от выгодного политического брака, он сам это и подтвердил.
– А как же любовь?
Знаю, я задала риторический вопрос. Для них выбор по любви не в приоритете, а тем более для правителей. Будучи ещё рядовым журналистом, я пару раз писала статьи о востоке.
– А для любви здесь ты.
Думаю, он не понимает. Или понимает и попросту игнорирует.
– Это оскорбительно для женщины моей культуры, Нафиз, – я рискнула обратиться к нему по имени. – Унизительно, когда тебе предлагают быть любовницей при имеющейся невесте.
