Хмельная страсть

Боже! Я никогда ничего подобного не чувствовала, а теперь, кажется, еще немного, и меня просто разорвет изнутри! Палец надавливает еще сильнее, и я, забившись под ним, чувствую, как от наслаждения схожу с ума, обхватывая член с явно ощущающимися ладонью венами еще крепче… Стас… Стас никогда не ласкал меня так… Так…

Слова в голове испаряются, уступая место всхлипам наслаждения. Наслаждения немыслимого, сказочного, просто божественного… Как же это…

Очередная судорога донельзя перевозбужденного тела заставляет меня дернуться вверх.

Глава 17

Распахнув глаза, я прихожу в полнейший ужас, несмотря на то, что тело все еще бьется в наслаждении. Я лежу с постели рядом с Глебом! И это он проделывает со мной все это!

А я-то, не проснувшись, думала… да ничего я, в общем-то не думала во сне, уплывая просто в безумный океан ощущений. Просто… Просто в моей жизни и в моем теле был только Стас… И того, что меня станут ласкать чужие руки, я даже представить не могла!

С ужасом смотрю на Глеба.

А ведь я –то подумала, что он порядочный! А ведь нет, воспользовался таки ситуацией, и как же гадко воспользовался! Специально убедил меня в том, что якобы я с ним в безопасности и от него не будет никаких поползновений, да еще и в постель ко мне залез, когда я спала! И дело свое грязное начал, воспользовавшись моим сном! Вот же мерзавец! Специально же сделал все, чтобы вызвать доверие! А я-то, дура, чуть от благодарности вчера не плакала, пока его не было! Ужин ему готовила, постельку стелила! И улыбалась целый день, как дурочка, думая о том, какой он прекрасный и благородный рыцарь! А он вон, оказывается, какой!

Понимаю, что моя рука по-прежнему обхватывает его ТАМ и отдергиваю руку, как от ядовитой змеи.

Да он и есть такой, змей коварный и абсолютно ядовитый! Еще и хрипит недовольно, как только я его отпускаю, и крепче прижимает к себе мои бедра. И что теперь? Отбиваться от него придется? Их этих медвежьих лап не так-то просто выбраться!

- Глеб! – возмущенно пытаюсь отпихнуть его грудь, но бесполезно. Меня только прижимают к себе еще сильнее, - если так пойдет и дальше, то скоро ребра затрещат. Вот же! Насильник!

- Глеб! – я уже ерзаю бедрами, пытаясь увернуться от… От того самого, что так нахально в меня вжимается.