Хочешь мою жизнь?

Второй прокол он переживает легче, потому что уже не боится, понимая уровень боли.

- А теперь зажимы, - заявляю, медленно стягивая с него полотенце.

- Туда?! – расширяет он глаза, порываясь вскочить. – Нет, Лия, я не хочу! Послушай, ты это специально делаешь?

- Вообще-то, да! Специально, - отвечаю я. – Ты так красиво пугаешься. Вот только посмотри у меня в столе – зажимы действительно есть. И я умею ими пользоваться. Но я не буду портить тебе настроение. Хотя, я же хотела показать все, что бывает на Венге…

Он уже понимает, что ничего страшного не грозит, поэтому качает головой, не отрывая от меня взгляда.

И пытается снова завернуться в свой кокон.

- Нет-нет, оставь, - останавливаю я его руку. – На самом деле, я хотела тебя наградить. Сейчас будет чуть больно, но тебе понравится.

Немного потеребила очень чувствительные сейчас соски, зная, что боль в них сплетается со странным для него удовольствием. Особенно когда я вторую руку перевожу ему на член и легонько трогаю его, изучая.

Боль уже точно забыта, его захватили совсем другие ощущения. Руками он вцепляется в покрывало, сжимая и разжимая пальцы.

А я наклонилась, и, пока не передумала, быстро лизнула его напряженный член. Вот тут его чуть не подбросила на кровати. Не ожидал. Неизбалованный мальчик.

- Я награждаю хороших мальчиков, - довольно замечаю я, возвращаясь к губам, целуя и слегка прикусывая их. Потом медленно трусь об обнаженный торс, задевая свежий пирсинг, и возвращаюсь вниз. О, ему хватит совсем немногого…

***

Я все время забываю, что меня никто не знает на Венге, никто и не может узнать, и никто не ждет.

Где-то там живет девушка, у которой мое имя, моя внешность, моя власть и мои родные и знакомые. Даже не где-то, а я знаю конкретно, где. Но, быть может, она и сама не в восторге от этой замены. У нее здесь была неплохая жизнь – я-то уж могу это оценить. Хотя, воспользовавшись тем, что терять уже нечего, я улучшила эту жизнь. Я так считаю, по крайней мере.

И вдруг пришла мысль – а откуда я знаю, что Лидия на месте Лийлайны жива. Вдруг на меня подействовало что-нибудь, принятое на вечеринке – ведь последнее, что я помню, это была как раз вечеринка? И… тело там умерло, поэтому и стала возможна такая нереальная вещь. Да, вроде, мне уже все равно – ну, умерло старое тело – и умерло… Но что-то страшновато стало. И ведь правду я никогда не узнаю, пока не прилечу и не проберусь в свой Дом как-то лично.