Хочешь мою жизнь?

- Вы оставите меня?

- Оставлю, - улыбнулась я. - Куда же я денусь?

Не смогла отказать себе в удовольствии, и прижалась щекой к его обнаженной коже, погладила ладонями. Хочется бросить все и заняться с ним чем-то гораздо более приятным, но нельзя. Вся воспитательная работа пойдет насмарку.

А пока все равно придется пороть. Причем я догадываюсь, что физического наказания он явно не боится. Тем более, что в моем исполнении оно почти приятно. Я уже видела краем глаза ""настоящее наказание"" в исполнении знатоков этого дела.

Мне не понравилось. Готова предположить, что в какой-то мере оно необходимо для поддержания дисциплины, но я так не смогу. Будем считать, что для этого существуют специально обученные люди, тот же Старший по гарему. Ну, а те, кто дорог мне, надеюсь, никогда не нарвутся на публичное наказание. Я-то наказываю чисто символически.

Взяла этот ремень, обратив внимание на затейливо выгравированную на коже букву ""Л"". Лийлайна-то, оказывается, затейница! Чтобы помнили, наверное, от кого получил наказание.

Правда, для этого нужно будет свою тыльную сторону перед зеркалом рассматривать.

Орудием наказания полюбовалась, а потом, пока не передумала, выписала приличное количество ударов, даже без счета. Пока не устала рука. Бить по удобно подставленный попе оказалось неожиданно удобно. Если забыть, что все же попадаю по человеку - то даже азартно. Впрочем, я ни разу ещё не видела, чтобы другие женщины использовали такой ремень.

Подозреваю, что это слишком лёгкое наказание. Ничего, сейчас наказываю я, значит, и сама решаю, чем. Тем более, что Кейлина явно моральное наказание пугает сильнее физического. Но все равно это должно быть больно! Кожа на заднице, чуть более светлая по сравнению со спиной, уже сильно покраснела. Вначале покраснела неравномерными полосами, а теперь они сливаются в общий красный фон. Рисунок с ремня не пропечатался, но кожа уже вспухает бугристыми полосками. А Кейлин лежит, не двигается, даже не вздрагивает. Живой хоть?

Я убрала ремень и чуть приподняла его лицо. Полуприкрытые глаза, сосредоточенное выражение, прикушенная губа.

- Все ты уже понял. Хватит с тебя. Простила.

- Простили?! - он приподнялся на локте, не обращая внимания на боль.

- Да, простила. Лежи. Сейчас намажу.

Глава 36

Лия

Я провела ладонью по горячей коже, слегка начавшей опухать. Н-да, ремешок... Как бы синяков не осталось.