Хочу любить

Оставалась лишь возможность воспользоваться своей одеждой."

"Лючия осторожно села, ориентируясь в обстановке. Значит, так. Ванная находится прямо перед ней, кровать — слева, дверь — справа. Следует тихонько пробраться в ванную, разыскать джинсы и рубашку и вернуться обратно.

Девушка не осмелилась бы зажечь свет, даже если бы знала, где находятся выключатели. Одно неосторожное движение — и Бруно моментально проснется.

От простыни придется отказаться, ибо она начнет шелестеть при каждом движении. Лючия потихонечку выбралась из кресла и медленно пошла через комнату.

Когда девушка протянула руку, отыскивая дверную ручку, то нащупала лишь глухую стену. Где же она? Дюйм за дюймом Лючия передвигалась влево и от испуга вскрикнула, когда большой палец ноги наткнулся на что-то твердое.

— Лючия?

Она резко повернулась на звук глубокого мужского голоса и в отчаянии застонала.

— Не включайте свет! — вскрикнула девушка. О Боже всемогущий! Пожалуй, никогда не оказывалась она в столь неловком положении.

— Вы боитесь, что я увижу вас обнаженной? — насмешливо спросил Бруно.

Он еще и забавляется! Как же хочется стереть с его лица наглую улыбку!

— Я ищу одежду, — промолвила она.

— Сомневаюсь, что вы найдете пропажу в моем шкафу.

Лючия глубоко вздохнула.

— Я оставила ее в ванной комнате.

— Ваша способность ориентироваться оставляет желать лучшего, — сухо бросил граф. — Ванная находится слева, в нескольких футах от вас.

Если бы у Лючии было что-нибудь под рукой, она, не задумываясь, запустила бы в Валенсо, причем, в самое больное место.

— Спасибо, — поблагодарила она как можно вежливее и тут же отчаянно вскрикнула, ибо комнату залил свет. — Я же просила вас не включать его! — Девушка чувствовала отчаянное унижение. И даже от того, что она стояла спиной, легче не становилось.

— Я бы не простил себе, если бы вы поранились в темноте. — Услышав шелест простыни, Лючия поняла, что Валенсо встает.

Ее пробрала дрожь, отчасти от гнева, отчасти от излишней эмоциональности.

— Соблюдайте хотя бы пристойность, подайте мне рубашку.

Граф не дотронулся до нее, но Лючии казалось, что он только что выпустил ее из объятий. Вскоре он вернулся.

— Поднимите руки.

Она повиновалась и сразу ощутила прохладу тонкого батиста, когда Бруно надел на нее рубашку и расправил на плечах. Моментально подхватив полы, девушка плотно запахнулась.