Хочу любить

— Довольно, — с трудом выдохнул он. — Иначе мы никогда не выберемся из ванны. А через пятнадцать минут нас ждут гости. — Граф отодвинулся и, проведя ладонью по ее груди, приказал: — Уходи.

И Лючия подчинилась. Захватив полотенце, туалетные принадлежности и одежду, направилась в комнату."

"К тому времени, когда появился Бруно, она была полностью одета и пыталась привести в порядок непослушную гриву волос.

Замерев, девушка наблюдала, как он доставал чистую рубашку и джинсы. Они великолепно смотрелись на его безупречной фигуре.

— Ты готова? — спросил Валенсо.

Девушка только сдержанно кивнула.

Завтрак растянулся, казалось, до бесконечности. Гости явно засиделись за кофе. Пробило уже десять, когда Бруно проводил наконец друзей к поджидавшему их вертолету.

Лопасти закрутились в бешеном темпе, машина поднялась в воздух, замерла на мгновение и скрылась в синем небе.

Проводив вертолет взглядом, Лючия повернулась к двери в тот момент, когда вошел граф. Их глаза встретились. Девушка попыталась скрыть замешательство.

— Когда мы вернемся на виллу?

Его лицо хранило непроницаемое выражение.

— Пока нет необходимости. Останемся здесь еще на несколько дней.

Лючия не знала, что ответить.

— Если, конечно, ты не возражаешь, — негромко добавил Бруно.

Девушка понимала, что задерживаться сродни безумию. Однако, поразмыслив, она поддалась велению сердца, которое побуждало ее погрузиться в мир чувств и эмоций. Возможно, она жестоко разочаруется… хотя счастливые дни оставят незабываемое впечатление.

— Я согласна, — твердо заявила Лючия.

Не говоря ни слова, Бруно шагнул к ней я заключил Лючию в объятия.

— Что ты задумал? — вопросительно глядя, спросила она.

— Собираюсь отнести тебя в постель.

И, легко подняв девушку на руки, направился в спальню. Захлопнув ногой дверь, он поставил Лючию на пушистый ковер у кровати.

Она невольно залюбовалась мужественными чертами его лица, чувствуя себя беззащитной перед властным сильным мужчиной. Бруно прикоснулся к ее губам, и девушка едва не задохнулась.

Сильные пальцы освободили Лючию от одежды. Потом граф быстро скинул джинсы и рубашку и, прежде чем она смогла что-нибудь сообразить, распластал ее на широкой постели.

Лючия лежала неподвижно, подчиняясь обострившимся эмоциям, загипнотизированная кипучей страстью, которую угадывала в сверкающих глазах.