Объятия затягиваются – восстанавливаем контакт, друг от друга заряжаемся. Как только чуть легче становится, впускаем кислород и сталкиваемся взглядами. Долгое время еще и зрительно дышим.
– Почему ты молчишь? – спрашиваю с улыбкой, сдержать которую никак не могу.
Это та глупая мечтательная реакция, которая, вытеснив из сознания все мысли, отражает во внешний мир лишь эмоции.
– Не знаю, – хрипловато отзывается Кир.
– Не знаешь?
Он быстро облизывает губы. Смотрит при этом на мои, но не целует. После ночевки в общаге я поставила второе условие – не целоваться на людях, Бойка согласился быстрее, чем на первое.
Интересно, сейчас жалеет? Ну вот, просто смотрит, и у меня выступают мурашки.
А когда наклоняется, моя дрожь и вовсе становится выразительной.
– Поехали ко мне, – выдыхает тем самым шепотом.
Отстраняется и выжидающе смотрит в глаза. Неудивительно, что мы не замечаем внимания со стороны. Странно, что еще не забыли, где находимся. Он желает наброситься, я – отдаться. Но… Слишком много этих «но».
Я пытаюсь спокойно их озвучить.
– Нельзя пропускать занятия. Нужно закрепить тему курсовой. Нужно забрать из деканата зачетку. Нужно… – кислород заканчивается. Отрывисто тяну новую порцию, и Бойка снова скатывает взгляд к моим губам. – У меня месячные, помнишь? – последний аргумент озвучиваю очень тихо.
Он прижимает меня крепче, прикасается лицом к моему лицу и жарко выдыхает:
– Мне все равно. Поехали. Я ночь не спал. Все, что хочешь… Поехали, пожалуйста.
Как после этого ему отказать? Какие еще могут быть причины?
– Третий день? Активируем?
– Да, – он точно согласен на все.
Но, как ни странно, когда мы приезжаем в ту самую квартиру, не спешит набрасываться. Я уже по дороге успела от слишком большого ума мозг сломать – не помешан ли Бойка на сексе? Может, ему нужно только это? Чаще, чем всем остальным? Я не хочу так же подсаживаться, но, трудно скрыть, тоже об этом теперь постоянно думаю. Секс ведь не просто физический кайф. Это эйфория. Безграничная близость. Душевное единение.
Именно на это подсаживаешься. Остальное можно достигнуть и в одиночку.
Шагаем в спальню, не разнимая рук. Бойка ведет, я следую. Голодно поглядывает по пути, я задыхаюсь. Щеки вспыхивают, когда оказываемся в комнате. Я начинаю волноваться, представляя, как все это будет происходить. У меня там прокладка, и вообще… Кир опускается на край кровати и притягивает между своих расставленных колен, а я неожиданно отпираюсь. Но он не позволяет отстраниться.
