– Мне все равно было хорошо, – краснею, но старательно подбираю слова. Говорю, не разрывая зрительный контакт. – Мне хорошо, когда тебе хорошо. Для меня это главное. Смеюсь я, когда ты такой… Ну, злой напоказ.
– Не напоказ, – давит он уперто. – Я реал очень злой сейчас.
Будто я его не знаю!
– Окей. Докажи!
Сама не понимаю, на что провоцирую. Пока Бойка не делает подсечку и не заваливает меня обратно на кровать. Вклиниваясь между ног, нависает. Чувствую, что снова возбужден. Мысленно готовлюсь к вторжению. Жажду этого.
Предвкушаю. Только Кир вдруг медлит. Смотрит слишком долго. Радужки практически нет, зрачки поглощает чернотой.
Что там у него происходит?
Я плыву и готова взорваться.
– Оставайся у меня навсегда, – озвучивает Бойка неожиданно.
И едва эти слова повисают в воздухе, одновременно с ними застываем. Таращимся друг другу в глаза, постфактум осознавая весь вес этого предложения.
– В каком смысле? – выдыхаю сдавленно.
Может, я что-то не так поняла? Зачем ему?
Бойку мое уточнение стыдит. Настолько, что даже скулы краснеют.
Очень редко с ним подобное случается. На моей памяти пару раз было.
– Ну, собирай, там, шмотки и… – прочищает горло, потому что голос садится и хрипнет. – Переезжай ко мне жить.
Сказать, что я поражена – это просто ни о чем, черт возьми! Какое-то время слепо пялюсь Киру в глаза, пока он весьма напряженно ждет ответа.
Я просто не понимаю, каким должен быть этот ответ.
– Не хочу… То есть, не могу, – путаюсь в словах, а не в желаниях.
Бойка резко ловит ртом воздух, сжимает челюсти и вскидывает взгляд куда-то вверх.
Как я понимаю, лишь бы не смотреть на меня. Мгновение, но у меня как будто останавливается сердце. Запускает его заново тот же взгляд Кира. Припечатывая, он рвется мне в душу.
– Так, не можешь или не хочешь? Выбери что-то одно. И давай… Честно, – последнее почти просьба, хоть и пытается снова казаться злым и крутым.
– Не могу.
– Почему? – добивается ответа, не давая мне даже секунды на раздумья.
– Кхм… Наверное, потому что я в принципе против сожительства.
– Что это значит? – допытываясь, сосредоточенно прищуривается. Он явно слушает серьезнее, чем я говорю. А я-то на самом деле сбита с толку и попросту пытаюсь выкрутиться. – Типа, только после штампа? – с каким-то особым презрением кривит губы.
Что я после этого должна ответить?
– Дай подняться! – рявкаю, для самой себя неожиданно.
Бойка в растерянности и правда отваливает. А я подскакиваю и несусь в ванную. Жаль, закрыть дверь не успеваю.
