С ребенком наша жизнь не превратилась в хаос, наоборот, именно благодаря малышке появился порядок.
– Я уже не представляю, как без нее, – делилась я иногда с Киром.
Он в такие моменты успокаивал меня, казалось бы, простой не несущей никакой четкости фразой:
– Все будет нормально.
И я верила. Другого выхода не находила. Ведь мой Бойка никогда меня не подводил.
Когда мы гуляли с коляской по району нашего жилищного комплекса, не раз случалось, что другие жильцы давали понять, что считают нас родителями. Настоящей семьей.
Мы никого не разубеждали, обычно лишь улыбались и шли дальше. Но сердце в моей груди в этот момент сходило с ума. И счастье его переполняло, и жгучая тоска. Оставалось убеждать себя, что мы всегда сможем навещать малышку. Она ведь никуда не исчезнет. Всего-навсего переедет в другой дом. Это неважно. При желании мы сможем видеться каждый день.
Маму выписали только в начале июня. Мы до последнего не говорили ей о гибели Рената Ильдаровича. Беспокоились о самочувствии. Предполагали, что у нее случится истерика.
И очень удивились, когда увидели ее реакцию на это трагическое известие. Мама не заплакала и в принципе никак в лице не изменилась. Казалось, даже с облегчением вздохнула. Я тогда подумала, что это результат работы с психологом. Наконец-то она вышла из морока, в котором ее держал отчим, и поняла, насколько нездоровыми были их отношения.
Переборов себя, я со слезами на глазах начала собирать вещи. Попутно очень подробно, буквально поминутно, расписала установленный нами режим дня.
Отдельно отметила и другие важные факты. Ушки, глазки и носик Нюта любит чистить только утром. Вечером любая из этих процедур ее нервирует и вызывает перевозбуждение. Но вечером можно стричь ногти. Если малышка долго кряхтит и порывается плакать, ее нужно выложить на животик. Лучше всего – себе на грудь. На руках ей нравится быть столбиком у плеча таким образом, чтобы видеть окружающий мир.
Кроме всего этого, записала название смеси и объем одной порции, марку подгузников и подходящий размер.
Отметила запланированные визиты к педиатру и другим специалистам.
Весь день держалась, а вечером, когда Нюта уснула у Бойки на руках, расплакалась.
– Ладно без меня… У нее будет мама, – заголосила тогда Киру в спину. Обняла его крепко-крепко. Прижалась лицом к лопатке. – А как она без тебя? Уже ведь привыкла.
– Иди сюда, – выдохнул Бойка и потянул меня за руку. Обошла его, едва взглянула на Нюту и снова разрыдалась.
