Осознание развязывает ворох набежавших сомнений. Шумно вдыхаю и расслабляюсь в руках Кира. Плавно двинув бедрами, продолжаю танцевать. Только теперь уже с ним. Музыка грохочет над нами, не позволяет ничего услышать, но я чувствую, как тяжело он дышит – его грудь за моей спиной вздымается высоко и натужно.
Уверена, что и Бойко ощущает мое волнение физически. Я не пытаюсь скрывать. Легко качаюсь в его руках и откровенно дрожу. Не прекращаю двигаться даже тогда, когда одна ладонь Кира скользит мне под грудь, а вторая – к самому низу живота.
И там, и там прикосновения на грани приличия. Я позволяю. Короткое мгновение, еще один тяжелый вздох с его стороны и резкий разворот.
Взволнованно моргаю, когда приходится столкнуться с Бойко взглядом. К такой дистанции лицом к лицу я еще не готова. Мне сходу хочется сбежать. Благо у меня нет такой возможности – крепко держит.
В его глазах больше нет холода. Теперь там бушует огонь. Я еще не знаю, сжечь он меня желает или согреть, но приму любой вариант.
Бойка ведет одну руку мне за спину, обвивает поясницу и фиксирует. Вторую руку поднимает к моему лицу, ловит пальцами прядь волос, задумчиво перебирает. Наклоняется, касается моей щеки сначала носом, а затем и губами. Обжигает. Внутри меня что-то трещит и взрывается, а Кир просто скользит к уху, чтобы спросить серьезным, даже суровым тоном:
– Что ты делаешь?
Отстраняется. Восстанавливает зрительный контакт. Пытает взглядом. Я нервно сглатываю и совершаю глубокий вдох в надежде, что буря внутри хоть чуточку притихнет.
Однако это не срабатывает.
Нет смысла тянуть время.
Чтобы обвить его шею руками, мне приходится приподняться на носочки. Повторяю его же действия – веду по горячей коже губами и, насытившись мурашками, которые у него вызываю, совсем уж не гнушаясь внутренней чувственности, утыкаюсь в ухо:
– Давай все забудем.
Выдыхаю и падаю обратно на пятки.
Глаза в глаза.
Раздумывая над моим предложением, Бойко непрерывно изучает меня. Наверное, мое поведение кажется ему странным.
После того, что я сотворила летом – неудивительно. Не могу объяснить ему все словами, но очень надеюсь, что он поймет."
"Я снова схожу с ума от волнения. Неосознанно впиваюсь в Бойко ногтями, будто если он решит уйти, я смогу его остановить. Судорожно соображаю, что еще можно сказать, когда Кир наклоняется. Так же медленно, как и в предыдущий раз, скользит по моей коже губами. Сердце останавливается, когда он прижимается к ушной раковине.
