В конце концов ни я, ни мой отец не на столько ужасны. Мы бы ни за что не позволил чему-то с тобой случиться, хотя я признаю, что я следовал плану отца, но… я тебя любил… я бы никогда…
— Ты хочешь, чтобы я оправдала тебя в глазах Глеба? Уговорила его ничего с тобой не делать? — возникла внезапная догадка.
— Нет, — Ян схватил меня за руку, но сейчас это было как-то совершенно по-другому. Как будто бы он был готов на колени стать и молить, — уговори его оставить самосуд. Сдать нас правосудию. Пусть меня и отца судят по закону.
Черт! Даже по всей строгости закона. Это все равно участь куда лучше, чем та, которую уготовил для нас Чернов…
И пока я пребывала в шоке и переваривала услышанное, я совершенно выпустила из вида то, что произошло дальше…
Яна уже было не сдержать. Он словно с катушек слетел. Честно говоря, я боялась, что он мне может что-то сделать и навредить ребенку. Ведь, скорее всего, он уже был в курсе моей беременности.
— Ты считаешь, что закон обойдется с тобой мягче, чем Чернов? — я искренне недоумеваю от того, что он в это верит.
— Да, считаю, — по его глазам я вижу, что Ян действительно так думает, — ты просто не знаешь, на что способен этот человек, а я знаю и такой участи для себя не хочу.
— При чем тут я? — вообще, зря я спросила. Я хочу, чтобы он быстрее ушел, а получается, что продолжаю с ним диалог.
— Ты ведь можешь хотя бы постараться его убедить, — откровенная глупость. Чернов ни за что не станет меня слушать в подобных вопросах.
— Ты повторяешься. А я повторяться не хочу, — я выдохнула, постоянно оборачиваясь.
Хочу, чтобы Ян побыстрее ушёл, но не знаю, как это сделать.
Если Глеб его увидит здесь, то мокрого места не оставит. У меня хоть и мало светлых чувств к этому человеку, но успокоить его участь желания у меня не было. Как и желание того, чтобы все произошло на моих глазах.
— Тебе лучше уйти, — говорю твёрдо и уже агрессивно.
— Только если ты мне поможешь!
— Даже если бы и могла, то точно не сейчас. Глеб выйдет с минуты на минуту из кабинета, — снова оглядываюсь и прислушиваюсь, но Глеба, к счастью, нет.
— Его нет дома, — глаза Яна блестят. И пусть он уверен в том, что говорит, но моя реакция заставляет его волноваться, поэтому он смотрит мне через плечо.
— Он должен был уехать, — мне нет смысла врать, поэтому хоть одно доброе дело для Яна я могу сделать — сказать ему правду сейчас, — но вернулся и сейчас в кабинете. Наверное, он что-то там забыл…
Парень пару раз моргает и бледнеет.
