— Что? Чего ты хочешь, малыш? — интересуюсь у Булочки.
Она тихо хнычет и продолжает указывать в направлении семьи.
— Похоже, она хочет шарик, — произносит, улыбаясь, мужчина и задорно подмигивает Верушке. — Кроха, попросишь папу — он купит тебе точно такой же.
Моё сердце болезненно сжимается и вновь кровоточит. В него будто разом воткнули сотню иголок.
Я обнимаю дочь, успокаиваю её и тихо шепчу, что шарик у неё обязательно будет. Большой, красивый, яркий. И даже не один, а столько, сколько она захочет.
Если вам нравится книга — буду благодарна, если вы поставите лайк)
Глава 19
* * *— Кстати, твой ребёнок не немой, — радостно произносит за завтраком бабуля.
Я чуть не давлюсь в этот момент сосиской. Справившись с первой реакцией, поднимаю взгляд и наигранно восклицаю:
— М-м, да ладно!
— Представляешь, в самолёте, когда я предложила Верочке воду, она чётко ответила: «Да».
— Я и не переживала особо, — фыркаю в ответ. — Это ты требовала от Булочки сверхъестественного.
— Боже, ну что за дурацкая кличка, Соня! — закатывает глаза бабуля.
— Нормальная. Мне нравится.
Дочь родилась крошечной. Три килограмма с малюсеньким хвостиком. Рост сорок восемь сантиметров. В первые два месяца она мало набирала, и я переживала по этому поводу, но позже, когда грудное вскармливание полностью наладилось, Верушка превратилась в самую настоящую аппетитную булочку. Мягкую, сладкую, со складочками. Такой была моя первая ассоциация, когда я смотрела на дочь. И я не считаю это прозвище ругательным и тем более дурацким.
Но у бабули, конечно же, своё мнение на этот счёт.
— И ничего я не требовала! — продолжает возмущаться бабушка. — Возраст такой, что должна лепетать и болтать, а она этого не делала. Как будто в рот воды набрала. Я волнуюсь. Ты нет?
— Всему своё время.
— Вот моя давняя подруга тоже так говорила. Потом оказалось, что у младшего сына олигофрения. Говорит, если бы раньше обратились к врачу, то вылечили бы поскорее.
— Что за чушь, ба? — качаю головой. — При таком диагнозе ребёнка нельзя полностью вылечить.
Я читала об этом. Только максимально адаптировать к самообслуживанию и жизни в социуме.
Я резко встаю с места и со звоном ставлю грязную посуду в раковину. Разговоры о неполноценности Верушки меня порядком достали. Я прекрасно понимаю обеспокоенность бабушки, но это уже выходит за все рамки. Как будто я не волнуюсь! Волнуюсь ещё как. Порой накрывает от страха, что я делаю что-то не так. Недостаточно развиваю, мало провожу с ней времени.
