Толчки. Трудно разобрать наверняка.
Амир что… снова кого-то трахает? Нет. Скорее убивает. Или просто пытает. У бандитов развлечения соответствующие. Ну не телевизор же ему смотреть, не аудиозаписи слушать. Еще бы книжку читал. Смешно вообразить.
Я нахожу нужную дверь и спускаюсь в подвал, вернее просто спускаюсь по узкой деревянной лестнице вниз, попадаю в полутемный коридор.
Моя догадка верна. Здесь звуки раздаются гораздо более громко. Железный скрежет. Звериный рук. Серия жестких ударов, при чем непонятно о что именно.
Потом опять остается лишь стальной лязг и животное рычание. Гулкие выдохи.
Я иду на звук и застываю у прохода, из которого льется свет. Двери здесь нет. Только порог, за которым все и происходит.
Что именно — все?
Крадучись, продвигаюсь вперед. Осторожно поворачиваю голову, заглядываю туда, где разыгрывается непонятное действо. И нервно сглатываю.
Вроде бы ничего необычного. Никого не насилуют, не пытают и не убивают. Амир издевается разве только над самим собой.
Ничего себе у него тренировка. Качки из моего спортзала такое не вывезут, глупо им и пытаться. Глядя на громилу, застываю с открытым ртом.
Он в одних лишь спортивных штанах. Без футболки. Подтягивается на перекладине. Жестко и ритмично. А на его широченной шее висит громадная железная цепь.
Пораженно выдыхаю. В своем скромном зале я ничего такого не видела. Там были цепи, но гораздо тоньше и мельче, если сравнить с этой.
Наблюдая за разворачивающейся передо мной картиной, возникает единственный вопрос: «А он вообще человек?»
Монстр из самых страшных кошмаров.
Зверюга. Дикий и бешеный. Иначе адское создание назвать нельзя. Одержимое чудище.
Сколько же в нем силы? Стихийной. Животной. Демонической. Сколько же несокрушимой мощи заключено в этих ручищах?
Он способен переломить меня двумя пальцами. Способен смять. Раздавить. На куски разодрать. Не прилагая особых стараний.
Этот мужчина опасен. Дьявольски. От него исходит реальная угроза. Физически уловимая.
Ощутимая на уровне подсознания.
Под гладкой смуглой кожей бугрятся стальные мышцы. Мускулы прорисованы, словно отображены на анатомически идеальном изображении. Даже не верится, что подобное возможно в природе, случается в реальности.
Лихорадочно облизываю пересохшие губы. Цепляюсь пальцами за стену, сжимаю настолько сильно, что руки немеют.
Амир красив. Жутко. Пугающе. Как сам Сатана. Его движения завораживают. Глаза отвести не выходит.
